Книга Обсидиановый огонь, страница 108 – Айза Таллер

Мой желудок скрутило от отвращения. Во рту стало кисло, и я стиснула зубы так, что заныла челюсть.

— Пошел ты, — я дернулась в его хватке.

Нет. Я не могу позволить этому случиться. Лучше…

— Ш-ш-ш. Не надо так дрожать. Я буду аккуратным. Может быть. Если ты будешь хорошей девочкой.

— Это не в моем характере, — пытаясь унять стук сердца, готового выпрыгнуть из груди, прохрипела я.

В этот момент что-то во мне окончательно сломалось. Или, наоборот, встало на место. Если он меня убьет — все закончится. Не будет больше Бездны. Никаких Теней. Ничего. Мысль, пришедшая в голову, была соблазнительной и отчаянно ясной.

Я подняла на него глаза.

— Думаешь, Ода бы это одобрила?

Эйрик замер. Его зрачки сузились, в глазах мелькнуло недоумение.

— Жених-насильник — какая была бы честь для нее! — я приготовилась к удару, к тому, что он вырвет мне горло прямо сейчас.

Ну же!

Секунда. Другая. Третья.

— От тебя несет так, что даже Тени шарахаются.

Эйрик отшвырнул меня. Я кубарем покатилась по полу, инстинктивно прикрывая голову.

— Ты отвратительна, — наморщив нос, он брезгливо вытер руку о плащ и вышел из комнаты. — Не понимаю, что Рагнар нашел в тебе.

Дверь закрылась за ним, и в комнате воцарилась тишина.

Я сидела на полу, обхватив себя руками. В горле стоял ком, но слез не было. Кажется, я выплакала их все за прошедшие дни и ночи и попросту разучилась плакать.

Боги…

Как низко я пала.

Истерический смешок вырвался из горла.

Воняет. Конечно, от меня воняет. С момента падения в Бездну я ни разу не мылась. Засохшая кровь на коже, грязь и пот, въевшийся в каждую складку одежды. Я старалась не думать об этом, но сейчас, после его слов, остро почувствовала собственный запах — кислый и тяжелый.

Я поднялась с пола, пошатываясь. Затылок пульсировал тупой болью. Придерживаясь рукой за стену, я добрела до окна. Эйрик уже был внизу.

Он вышел из башни, его фигура замерла посреди выжженной земли, а потом человеческое тело рассыпалось в клочья. Кости удлинились и искривились. Плоть расползлась, проступила чешуя — черная, как обсидиан. Руки вытянулись в огромные лапы, за спиной развернулись огромные крылья, позвоночник изогнулся, хвост прорвался сквозь кожу. Меня затошнило. Сотню раз Рагнар, Кайлен и Фрейя меняли облик при мне. Но обращение Эйрика показалось по-настоящему отвратительным. Огромный черный дракон взмыл вверх, а потом нырнул в один из разрывов, исчезнув в багровом свечении. Шлейф из Теней последовал за ним.

Я стояла у окна, прижимая потрескавшиеся, черные от грязи пальцы к саднящему затылку, и думала. Высоко в небе тлел главный Разлом — багровый шрам, рассекающий черноту. Его стягивали древние руны, начертанные по краям светящимися линиями. Время от времени в него ныряли одна-две Тени. Эйрик не приближался к нему, вместо этого пользуясь мелкими трещинами, разбросанными по Бездне.

Я уже неоднократно пыталась отойти подальше от башни. Каждый раз что-то останавливало меня. То Эйрик, возвращающийся из реального мира с запахом гари и довольной улыбкой на губах. То Тени — стоило мне выйти за порог, как они устремлялись следом, кружили плотным кольцом, сжимаясь все теснее. Незримый поводок, который натягивался, стоило отойти слишком далеко. То сама Ксералия. Она появлялась из воздуха, плыла рядом, шептала на ухо сладкие обещания. Ее голос обвивался вокруг разума. И с каждым разом отказывать ей становилось все сложнее.