Книга Обсидиановый огонь, страница 122 – Айза Таллер

Можно было бы, конечно, подняться в основной зал. Там хватило бы места на десяток бойцов. Но при воспоминании о том, как Ксералия в последний раз влезла когтями мне в голову, клубок страха противно заворочался внутри. Нет уж.

Я выглянула в окно. Тени копошились вокруг башни — черная масса, усеянная алыми огоньками глаз. Богиня тьмы, Эйрик или эти твари? Выбор был так себе. Тени. Однозначно Тени.

Осторожно спустившись по лестнице, я остановилась у выхода. После моей неудачной попытки побега я больше не выходила из башни, опасаясь Теней, Эйрика или гнева Ксералии. Мои ладони вспотели.

Глубокий вдох. Выдох.

Давай, Рейна. Ты справишься.

Я шагнула вперед.

Тени тут же обступили меня кольцом. Бесшумные, текучие, как живая тьма. Алые огоньки глаз уставились на меня со всех сторон. Сотни глаз. Тренироваться в их окружении было самым странным, что я когда-либо делала. Но выбор был невелик.

Я подняла меч.

Выдох. Вдох.

Серия ударов — раз, два, три — и отскок назад. Тени качнулись следом, как трава на ветру, удерживая дистанцию. Я крутанулась на пятках, уходя от атаки воображаемого противника. Обманула его финтом слева и нанесла колющий удар с другой стороны. Ноги заскользили по песку — для себя я решила, что это был именно он.

«Прикрывай голову. Всегда прикрывай голову после атаки», — голос Вингарда зазвучал в памяти так отчетливо, будто он стоял рядом. Я почти видела его перед собой: как только у него хватало терпения раз за разом объяснять, какие ошибки я делала?

«А теперь еще раз», — сказал бы он. Глаза предательски защипало. Я сморгнула слезы и ударила снова. Не было никакого смысла тонуть в воспоминаниях о прошлом. Вингард далеко. Вместе с Фрейей, Рагнаром и Фростхеймом — всем, что я имела смелость когда-то назвать домом. А я здесь, посреди Бездны, в окружении тварей, которые ждут, когда им позволят меня сожрать.

Никто меня не спасет, кроме меня самой.

Выпад. Блок. Разворот.

По крайней мере, тренировки помогали отвлечься от мыслей, которые с каждым днем здесь становились все мрачнее. Пока у меня есть меч, я могла бы… А что, собственно? Убить Эйрика? Эта мысль была невероятно заманчива. Тогда Ксералия лишилась бы своего слуги, своих рук в реальном мире. Но он — дракон, обладающий магией, за плечами которого — армия Теней, которая подчинялась каждому его слову. В этом поединке я бы и медяка на себя не поставила.

Я опустила меч, тяжело дыша. Пот ручейками стекал по спине, и без того грязная рубашка прилипла к телу. Кожа под ней зудела и чесалась, но я старалась не обращать на это внимания.

Вопрос о том, почему Ксералия не может покинуть свою тюрьму, никак не давал мне покоя. Она обладала силой, от которой кости вибрировали, а череп грозил треснуть, как скорлупа ореха. Так почему она заперта здесь? Почему Тени просачиваются сквозь разрывы, почему Эйрик свободно ходит между мирами — а Ксералия нет? Что-то не сходилось. Какой-то кусочек головоломки, который я упускала. От этих мыслей голова гудела, угрожая лопнуть.

— Вижу, тебе пришелся по душе мой подарок.

Я вздрогнула, споткнувшись и едва не выронив меч. Голос Ксералии звучал отовсюду, бархатный, обволакивающий, словно сгущающаяся вокруг тьма. Я резко обернулась. Мать Теней стояла у входа в башню. Там, где мгновение назад — я была готова биться об заклад — никого не было. Платье, сотканное из тьмы, стекало с плеч, смешиваясь с распущенными волосами цвета вороного крыла и распадаясь туманом. Будто алебастровое лицо, прекрасное и мертвенно-бледное, застыло неподвижной маской.