Книга Обсидиановый огонь, страница 219 – Айза Таллер

Паника накрыла меня с головой.

— Я не могу, — выдохнула я.

С чего я вдруг решила, что могу жить свою обычную жизнь и притворяться нормальной? Я инстинктивно прикрыла руками грудь и сама в эту секунду возненавидела себя за этот жест.

— Рейна.

— Я не могу, Рагнар, — повторила я.

— Я чувствую тебя, мое пламя, — его голос звучал непривычно низко и хрипло. — Я чувствую все. Твой страх и стыд, хотя, клянусь Бездной, тебе нечего стыдиться. Я чувствую, как ты хочешь сбежать прочь. И как хочешь меня — тоже чувствую. Не прячься от меня.

Он погладил большим пальцем по щеке.

— Так скажи мне. Чего именно ты не можешь?

— Рагнар, ты не понимаешь, я не…

— Тс-с, — прошептал он одними губами. — Смотри на меня.

В следующую секунду сильные руки подхватили меня за талию, приподняли и усадили прямо на алтарь. Его каменная поверхность должна была быть холодной, но вместо этого она пульсировала мягким подземным теплом.

— Я знаю, что ты видишь, когда смотришь на себя, — Рагнар стал совершенно серьезным. Синие блики от светящихся стен танцевали на его коже и черных как смоль волосах, стянутых шнурком. Глаза в этом свете казались почти бездонными. — Я вижу женщину, которая вернулась ко мне из Бездны. Каждый из этих шрамов — знак того, что ты выжила. Твое тело исцелилось. И я хочу поцеловать каждый из них, по одному.

Я нервно кивнула.

Он тихо усмехнулся, и его пальцы сомкнулись вокруг моих запястий, мягко, но настойчиво отводя мои руки в стороны и открывая ему все. Я задрожала, но не сопротивлялась.

— Глаза на меня, Рейна!

Боги.

Он смотрел на меня так, словно я была единственной женщиной, которую когда-либо видел, и от этого вихрь закручивался у меня внизу живота.

Его губы прижались к моему запястью — там, где старый тонкий шрам пересекал бледную кожу. Поцелуй был долгим, медленным, его язык очертил линию шрама и поднялся выше, к плечу.

Дыхание огненной лавой обожгло ключицу, язык скользнул вниз, описав дугу на груди, прямо над сердцем, над самым уродливым шрамом из всех, под которым жила Ксералия. Внизу живота сворачивалась горячая спираль. Я вцепилась пальцами в край алтаря, чтобы не упасть.

«Ксералия смотрит» , — мелькнула паническая мысль.

Рагнар на секунду остановился, подняв голову и посмотрев на меня. И в его улыбке не осталось ничего человеческого.

— Пусть смотрит, — заявил он. — Пусть смотрит, как я делаю тебя своей. Снова. И снова.

Зубы прикусили кожу прямо над шрамом. Я выгнулась навстречу, громко застонав, и услышала, как Рагнар тихо рассмеялся в ответ.

— Вот так, мое пламя.

Его губы спустились ниже, к ребрам. Язык, дыхание и снова зубы. Моя новая кожа была тонкой и чувствительной, и каждое касание к ней заставляло меня трепетать и покрываться мурашками восторга.

Шершавые и сильные пальцы легли мне на колени и развели бедра, не давая передумать. Рагнар опустился передо мной на колени.

— Я на коленях перед моей женой, — почти прорычал он. — Знаешь ли, мое пламя, я не вставал на колени никогда и ни перед кем.

Его ладони прошлись вверх по внутренней стороне моих бедер, и я задрожала так, что едва не потеряла равновесие.

— Твой запах сводит меня с ума.

С этими словами он прильнул ко мне ртом. Весь мир вокруг — стены древнего святилища, синие искры в камне, влажный воздух — вспыхнул миллионом огней. Я на секунду ослепла. Удовольствие жаром прокатилось снизу вверх, от поясницы к самому горлу, и громкий, сдавленный всхлип вырвался из меня, когда я ощутила его язык внутри.