Книга Сладкая тьма, страница 40 – Эмма Хамм

И тут из-за деревьев показалось убежище кровавой ведьмы. Ей подобные всегда предпочитали землянки. Эта избушка и вовсе ушла под землю, больше напоминая покрытый ветками и мхом холмик. Если не знать, куда смотреть, можно и вовсе не заметить.

— Туда, – сказал Рагнар, указывая на дверь, едва похожую на дверь. – Нам туда.

Потрепанное, наполовину сгнившее дерево распахнулось само собой. Из комнаты повалил дым с запахом плесени и грибов.

Майя с трудом проглотила собственный страх, но не стала пугаться, как он ожидал. Лишь уверенно кивнула.

— Гостеприимно.

Рагнар хмыкнул, заходя вслед за ней в темноту. Вот знал ведь, что оставаться с ней наедине – плохая идея. Теперь же, нащупав ее гнев, он начинал проникаться к ней чувствами.

Майя сама поразилась, как приятно было просто дать себе волю. Как только разгневанные слова сорвались с ее губ, она замерла, ожидая злого крика. Ну разумеется, сейчас он ее унизит. Сплюнет и заявит, что она ничтожнее него и всех остальных.

Но нет. Рагнар, может, и был жутким мужчиной, в одном мизинце которого крылось больше силы, чем он заслуживал, но он не был ее отцом. Не был человеком, который растоптал ее до состояния кляксы на полу, такой далекой от всего, чем она хотела быть. Даже после смерти он все еще жил в ее голове. Шептал, что ей стоит знать свое место. На котором она и жила годами.

Понадобится время, чтобы она смогла с уверенностью говорить то, что думает, но… проклятье, как же хорошо!

Именно поэтому она смогла взглянуть на хижину перед ней и не испугаться. Ну или она испугалась бы сильнее, если бы ее не подпитывала злость. Открывшаяся сама собой дверь и поваливший из-за нее дым предупреждали об опасности. Как и сам дом.

Когда они подошли ближе, она посмотрела на растения на крыше. Сквозь изумрудное одеяло из мха проглядывали травинки, но некоторые из них безвольно обвисли, будто им не хватало воды.

Что-то сжалось в ее груди. Растения всегда взывали к ней, когда им было плохо. Она чувствовала их боль, как свою. Когда Рагнар зашел в дверь, она протянула руку и на секунду коснулась травинок пальцами. Те отозвались счастливым пульсом на коже, и она чувствовала, как ее скромная магия помогает им ожить.

Мало. Даже магией-то назвать сложно. Но уже больше, чем у них было, и они были ей благодарны.

Выдохнув собравшееся в ней напряжение, она пошла во тьму за троллем.

Внутри было почти ничего не видно. Где-то далеко горел камин, но и тот едва что-то освещал. Слышно было, как хрустит под каждым шагом грязь на полу. Точнее, пола-то здесь и не было. Только земля. Воздух был полон дыма, но не от огня. Втянув воздух, она узнала ноты горелой сосны, смолы и чего-то вроде розмарина, хоть было и неясно, зачем это все горит.

Посмотрев на огромную тень рядом с собой, она могла лишь предположить, что это Рагнар. Он ожидаемо сливался с окружением – в конце концов, тролли были созданы для тьмы. Они все жили под землей, как и эта женщина.

Кровавая ведьма, так он сказал.

Что это значило? Что будет видно такой ведьме, чего еще не видели другие?

Живот скрутило от напряжения, сдавливая внутренности так, что ее начало мутить. Остатки храбрости испарились, как только впереди что-то пошевелилось.

Это тоже было предупреждением. Из темноты выбралась совершенно древняя тролльчиха. Она была словно согнута пополам, но куда ужаснее были ее шрамы. Она была покрыта ими с ног до головы. Когда она развернулась к свету, они стали похожи на червей, застрявших у нее под кожей. Каждый был сильно выпуклым, почти с палец толщиной. Тени, которые шрамы отбрасывали на лицо тролльчихи, делали ее еще более страшной.