Книга Сладкая тьма, страница 75 – Эмма Хамм

Он уже бывал на таких полях битвы раньше. Его магия была истощена, но тело можно было убедить двигаться дальше. Правильные травы, правильные припарки, он мог приложить их к ранам и ускорить естественный процесс. Не лучший вариант. Сшивать кожу и молиться – это метод, оставляющий шрамы, которых бы не было от его магии.

Но нужно было попытаться. Он был нужен людям.

Гуннар кивнул, потянулся и развернулся в сторону их дома.

— Отдохни, пока я не вернусь, брат. А то я потом тебя не найду.

Отдохнуть? Он не мог отдыхать. Он слышал их боль, и та колола его тело. Но при попытке сделать шаг он лишь упал на стену и сполз по ней на землю. Может, Гуннар был прав. Нужно было дать телу краткую передышку, прежде чем снова бежать помогать.

А потом они разберутся, что случилось. Потому что гора была в ужасе, который он почувствовал даже костями.

Вероятно, он уснул. Даже во сне его сознание перебирало все вылеченные травмы. Всех, кого он бы смог утешить лучше, не отвлекай его звенящие в ушах крики других. Этот день ему не забыть много лет. Все, что он мог сделать лучше. Все совершенные ошибки.

Казалось, он моргнул, и его брат вернулся. Не один.

За ним по дороге шел маленький человек. Ее глаза были огромными, а лицо измазано в грязи. Ну почему она постоянно была грязная? Казалось, ее так и тянет влезть в ситуацию, после которой ее придется макать в реку или в ванную и молиться, чтобы она превратилась из гремлина во что-то приличное.

Но сразу за этой возмущенной мыслью пришло облегчение. Она была жива. Она была в порядке. Хоть в чем-то он был прав.

Гуннар опустился перед ним на колени.

— Готов продолжать?

Слова раскатисто отдались в голове, и он встретился взглядом с зелеными глазами за плечом брата. Рагнар плохо представлял, как выглядит в этот момент. На земле у стены, почти лишенный магии, раздавленный грузом предстоящего. Судя по ужасу на ее лице, дело было хуже, чем он себе представлял.

Но все равно он встал. Сам. Несмотря на трясущиеся колени, ноющую спину и плывущее зрение. Он все равно встал. И мог этим гордиться.

— Ты здесь откуда? – проворчал он, когда крохотная рука легла ему на талию.

— Я была с Ротой, – ответила она, и они пошли вниз по улице. – Она зашла к тебе передать подарок от матери, сказала, ты помог ей с артритом. А потом начало трясти. Она едва меня спасла, когда часть потолка отвалилась и рухнула по центру гостиной. Твой дом… ладно, об этом потом.

— Ты все еще не объяснила, откуда ты здесь.

— Она не хотела оставлять меня одну, – пробормотала Майя. – А через несколько часов пришел Гуннар, сказал, за припасами. Он подумал, я могу помочь.

— Ты можешь помочь? У тебя же нет магии, огонек. – Он не собирался ее оскорблять, но знал, как это прозвучало.

Она не стала дергаться, только стиснула зубы. Он видел, как заиграли ее желваки, когда Гуннар показал им на очередного тролля, сидящего у стены. Женщина зажимала рукой ногу, насквозь пропоротую обломком. Она уже ослабела, это он чувствовал. Лужа крови вокруг должна была добить ее куда быстрее раны.

Майя отпустила его и осторожно присела рядом с женщиной с голубой кожей, которая была в несколько раз ее крупнее. Он смотрел на них обеих, и вдруг подумал, что эта тролльчиха именно такая, о которой он когда-то мечтал. Идеальные бивни, длинные черные волосы, спутанные у лица, прекрасная кожа, он бы захотел ее еще несколько недель назад. А сейчас? Сейчас его больше поражали странно маленькие ручки, испачканные кровью, которыми его жена помогала зажимать раны женщины.