Онлайн книга «Один на один с Драконом»
|
— Мужику-то своему сказала? Она в ответ помотала головой. — Жалеть потом будешь, глупая. А после родительница произнесла то, что навсегда изменило судьбу Александры: — Не убивай. Я сама и выращу, и воспитаю. А ты хоть ночуй на своей проклятой работе. — Мам, ну что ты говоришь? Немолодая же уже. — Я сказала. Сама выращу. На это у меня сил хватит. Коли убьёшь, ко мне не приходи. Поняла? — зло выдала тогда мать. Слово она сдержала, вырастила Аню и воспитала. Права оказалась, не было бы у Александры больше детей, если бы тогда ребёнка убила. Тут и работа, и здоровье — всё к одному. Старшая Лазарева так и не вышла замуж, лишь пара-тройка интрижек за всю долгую жизнь. Александра Владимировна опёрлась локтями о колени, потёрла виски. Мимо прошла акушерка, остановилась, заметив старшую Лазареву. — Ну как там наша мамочка? — ласково спросила она. Александра Владимировна пожала плечами. А та глянула удивлённо и направилась в палату. В коридоре пахло чистящим средством. Ярко горел электрический свет. «Что я за мать такая!? — думала Александра Владимировна. — Мало того, что дочерью в детстве не занималась, так ещё и допустила такое». Сейчас, на старости лет, она чувствовала сожаление и острое желание наверстать упущенное. Только, увы, было поздно, прошедшей жизни не вернуть. Дверь в палату приоткрылась, выглянула акушерка. — Александра Владимировна, уже недолго осталось, — сообщила она. Старшая Лазарева поднялась, прошла в палату. А, женщина наоборот, вышла. Аня всё также лежала на койке. Нелепая операционная сорочка сбилась набок. — Как ты? — поинтересовалась Александра Владимировна. — Больше не могу, — прерывисто выдавила Аня. — Слушай, только не ори, дыхание собьёшь, а тут дышать важно, ну знаешь сама. И врачей будешь раздражать, а им ещё работать, — наставляла она дочь. — Мама, — с упрёком выдавила Аня. — Сама разберусь. Она выглядела измученной, но спокойной. Александра Владимировна нервничала больше дочери. В палату вернулась акушерка, зашли медсестра, анестезиолог и хирург. Пришлось посторониться. Старшая Лазарева занервничала ещё больше. Двойню родить сложнее, что угодно может пойти не так. А с учётом особого происхождения детей — так вообще. — Александра Владимировна, если останетесь, наденьте халат, — сказала медсестра. Акушерка что-то говорила про раскрытие. — Никогда ещё так сильно не хотела скорее залезть на стол, — пошутила Аня, морщась от боли и часто дыша. Александру Владимировну охватил приступ паники. Она запоздало испугалась. Медсестра сняла с Ани сорочку и под руку повела к родильному столу. Огромный живот, казалось, был больше хрупкой нагой фигурки. Всё поплыло перед глазами. — Лучше подождите снаружи, мы сразу позовём, — предложил кто-то, подталкивая женщину к выходу. Александра Владимировна не стала спорить. На ватных ногах она вышла, прикрыла дверь, опустилась в кресло, в котором до того сидела. В горле пересохло. В тишине больничного коридора её с головой накрыл страх. Казалось, будто за дверью слышатся частое натужное дыхание и приглушённые команды докторов. Александра Владимировна вся напряглась, обратилась в слух. Криков и стонов не было. Ей померещилось, словно сейчас она услышит полные недоумения возгласы. Чудилось всякое, будто вовсе не люди появятся на свет, а невесть кто. |