Онлайн книга «Дорога цветов и огня»
|
Дз-з-зин-дин! Мне так отрадно и светло. Я счастлива. Делайл Я посмотрел на Марьяну, и, поймав мой взгляд, она ласково улыбнулась. Оранжевое пламя множества свечей дрожало в ее глазах. От ее улыбки внутри меня вспыхивали звездным сиянием сотни галактик и разливалась такая неизъяснимая нежность, что не нашлось бы во всем мире слов, способных выразить всю полноту моих чувств к ней. Она – самое дорогое, самое близкое, самое лучшее в жизни. — Я так люблю тебя, – шепнула она между молитвами, и мое сердце дрогнуло, переполненное до краев томительной сладостью. Нам не сразу удалось покинуть храм – прихожане жаждали лично выразить почтение девам Триумвирата, обмолвиться хотя бы словом, и наши девушки, по доброте душевной, никому не отказали во внимании. Я видел отношение бессмертных к магии Триумвирата и его победе, видел желание эсфирян прикоснуться или хотя бы узреть своими глазами девушек, ставших живыми легендами, и все же понимал, сколь утомительным может быть такое благоговейное внимание. А потому, как только почувствовал усталость Марьяны, я переглянулся с Мариусом и Эриком, и мы кивнули друг другу, все поняв без слов – девушки нуждаются в отдыхе. — Леди и лорды, прошу извинить, но нас ждут неотложные дела, – провозгласил Эрик с вежливой улыбкой. — Уверен, мы с вами еще увидимся не раз, – добавил я, и мы направились к выходу из храма. На улицах столицы царствовала ночь. Гости и жители города наводнили улицы, таверны, трактиры, парки и скверы, наслаждаясь теплом, о котором так скучали, и долгожданными встречами, ведь теперь были сняты все запреты на массовые гуляния и праздники. То и дело даже среди рабочей недели гремели шумные балы, собирая любителей танцев и светских бесед, засидевшихся за эту затянувшуюся и невероятно жуткую зиму в своих домах. Пышное кружево цветущих вишен опьяняло ароматом, и ласковое весеннее тепло прогнало стужу из бессмертных сердец. Вчера жителей империи обрадовал указ Алмариана Второго о праздновании Имболка. В этот раз его срок оказался запоздалым, но это нисколько не убавило радости от предвкушения праздничной недели. Эсфиряне, измученные страхом и чувством бессилия перед бедой, с упоением вдыхали воздух привычной всем жизни, вернувшейся на круги своя. Трагические события зимы вновь напомнили всем о ценности каждого мгновения ежедневной суеты, которая порой кажется привычной и нерушимой. Столик на шестерых, предварительно забронированный мной в таверне на набережной, располагался в беседке во внутреннем живописном дворе заведения, откуда открывался великолепный обзор на морской берег, бухту и горы, окутанные эфемерной дымкой вечернего тумана. Как нельзя кстати оказалась уединенность нашего места – плетеная ширма из ротанга перед входом, высокие балюстрады, оплетенные плющом и бугенвиллеей. Между собой мы с Эриком и Мариусом не раз обсуждали Адаила и все события, связанные с его последним пробуждением, однако при наших девушках мы эту тему не поднимали, понимая ее остроту для них и болезненность. Но сегодня, расслабившись после службы в храме и бокала легкого молодого вина, приправленного умиротворением, наши избранницы сами об этом заговорили. — Вы знаете, я бы никогда не подумала, что Амаэль – носитель демонической сущности. Сущности самого Адаила! – призналась моя невеста. – И ведь даже чутье молчало, ничегошеньки не екнуло, когда мы с ним встречались! Я порвала с ним просто потому, что меня оскорбил его снобизм и предвзятость его семьи к другим расам. Но чтобы ощущать в нем нечто темное… Нет, никогда. Да и он не был злым или жестоким. Пожалуй, только уже накануне полного раскрытия его сути мы с девочками ощущали необъяснимую антипатию к нему. |