Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
Ей нужен был щит, мужчина, чье имя и статус будут достаточно громкими, чтобы заставить всех остальных обломать зубы. Тот, на чьей спине можно нарисовать мишень, пока она будет править. Мужчина — «ширма». Фридрих ненавидел себя за эти мысли, а главное ненавидил то, с каким прогматизмом к этому относится сама Ванесса. Она слишком хорошо понимала мир, в котором они жили, и не говорила ни слова против, попросив лишь оставить последнее слово в выборе за ней. В дверь мягко и деликатно постучали. — Войдите, — произнес Фридрих, закидывая папку в ящик. В кабинет вошла женщина, около шестидесяти лет. Темные волосы были собраны в строгий пучок, серые глаза смотрели внимательно и цепко, она изучала и оценивала его, без страха, не так как его люди. — Герр Бергер, — она говорила спокойно. — Благодарю, что согласились принять меня в столь позднее время. — Это я должен благодарить вас, фрау Нойманн, — Фридрих указал ей на кресло напротив стола. — Я ценю, что вы согласились приехать. — Вы хорошо платите, — она позволила себе легкую улыбку, опускаясь в кресло. — И обещали предоставить все необходимое для работы и проживания. Сами понимаете, в моем возрасте комфорт имеет значение. — Вам уже подготовили комнату в восточном крыле. Все, что понадобится также будет предоставлено. Мадам Лаура кивнула и взяла протянутую Фридрихом папку. Он наблюдал, как она читает выписку от доктора Хартманн. Глаза женщины внимательно бегали по строчкам, сохраняя лицо. Она читала про замкнутость, про ПТСР, про триггеры, про то, что пациентка контролирует эмоции с жесткостью, которая сама по себе является симптомом. Про случай трехгодичной давности. — Вы понимаете, что это будет не быстро? — спросила она, не поднимая глаз. — Да, — сухо ответил Фридрих. — Доктор Хартманн говорила об этом. Как видите, моя дочь… прошла через то, чего не должен проходить ни один ребенок. — И вы хотите, чтобы я научила ее как выжить в вашем мире, — Лаура подняла бровь, это не было вопросом, она наблюдала за реакцией. — Я хочу, чтобы она выжила в любом мире, — поправил Фридрих. — Через год-два мой бизнес станет полностью легальным. Но враги никуда не исчезнут, они просто сменят облик и тактику. И я хочу, чтобы Ванесса была готова. Лаура Нойманн закрыла папку и посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. — Я не врач. Не уверена, что смогу справится с такой травмой, все же моя специализация несколько в другом, к моим урокам не всегда готовы женщины даже менее… пострадавшие. — Фридрих видел, как она пыталась избежать слова «проблемные». — Именно поэтому вы здесь. Доктор Хартманн сделала все, что смогла, теперь нужны вы. Я хочу, чтобы Ванесса освоила искусство влияния, она умеет читать людей, но этого мало. Я хочу, чтобы она умела управлять их восприятием, использовать их слабости и амбиции. Чтобы она стала неуязвимой не только физически, но и психологически. — Вы хотите, чтобы я сделала из нее профессионального манипулятора, — подвела черту мадам Нойманн. — Я хочу, чтобы она была защищена, — жестко произнес Фридрих. — В мире, куда она входит, ее будут пытаться сломать, я хочу, чтобы те, кто попытается, сломались сами. Мадам Нойманн задумчиво молчала, словно взвешивая все «за» и «против», затем достала из сумочки сложенный лист бумаги и протянула ему. |