Онлайн книга «Призраки Мерри-Холла»
|
Это был смрад разложения. 38 Долли Январь 2025 Он целовал меня. Нежно. Так нежно пахнут яблоки, падающие в мягкую траву в начале осени. Он наклонялся и прижимал свои губы к моим. Улучал момент, когда рядом не было Иды и Джека. Или уводил меня за фургон, а над нами распахивалось небо: усыпанное звездами или с розовой дымкой рассвета, с багрянцем заката. И никогда не требовал от меня большего, не использовал силу против моей беззащитности. За это я любила его еще сильнее. Временами он пускался в долгие рассуждения о будущем, рассказывал о своих планах и мечтах, и они наполняли пространство между нами. Как пела моя душа! Он превозносил мои таланты, красоту, ум. Говорил о радости, которую я привносила в этот мир. Все мое существо будто светилось изнутри, а мысли были свободными, как перышки, несомые легким ветерком. Я думала, так будет всегда. И так было до появления Соловья. И даже тогда я верила: она улетит, а у нас все станет как прежде. О, насколько я была глупа и наивна! Правда оказалась невыносимой. От нее шел смрад разложения, тьмы, где покоилась моя мать, сырой холод липких пальцев, царапающих черную грязь земли, тянущихся к живым, чтобы опутать, оплести их, утянуть за собой. Это был запах самой смерти. Я ощущала его в одиночестве комнаты, он вползал в мои легкие и заставлял дрожать с каждым днем все сильнее. Хуже всего, что я пыталась отрицать эту правду. А теперь я смотрю, как женщина собирает осколки разбитой посуды, заметает их в совок, как пытается спасти хоть что-нибудь. Все это выше ее сил, и она бросает совок и веник. Но находит выход. Чуть поколебавшись, тянется за бокалом. Открывает бутылку вина, оставленную мужчиной, наливает темную красную жидкость до самых краев. Быстро пьет, вино стекает с уголков рта, окрашивает губы. Пространство вокруг нее тускнеет. Чувства притупляются. Она осушает бокал, берет бутылку и наливает себе еще. 39 Нелл Январь 2025 Ферн вернулась за полночь. Я спала, уронив голову на кухонный стол. Тревога и страх высосали все силы, но грохот входной двери мгновенно разбудил меня. Передо мной стояла пустая бутылка, но я совершенно не помнила, как открыла ее. Кружка валялась рядом, багровые капли расползлись по столешнице. Я не привыкла столько пить, во рту пересохло, язык будто ободрали наждачкой. Голова гудела, комната плыла перед глазами. Я была пьяна. Вышла в холл, пошатываясь. Раскинула руки в надежде, что Ферн бросится в мои объятия. — Где ты была? Ферн обошла меня и направилась прямиком к лестнице. Руки опустились. В памяти всплыло: мама, пылающая нежными чувствами под действием алкоголя, и я. Пытаюсь уйти, убежать. Ничего не получается. Мои намерения, ее намерения, запутанный клубок, заросшие тропы в лесу кошмаров. — Ферн, пожалуйста. Я задала вопрос. – Я пыталась вернуть самообладание, говорить связно. – Где ты была? — Я же сказала, у Люка. – Она притормозила посреди холла. – И осталась бы там, если бы не твоя паранойя. Я машинально подняла к глазам запястье, хотя часов у меня нет. — Но уже поздно. Очень поздно. — Погоди, ты что, хочешь сказать, мне все-таки стоило остаться? – Ферн хлопнула себя рукой по бедру. — Нет, я не это имела в виду. В смысле… – Я с трудом вылавливала слова в тумане опьянения. – Я говорю, мне нужно знать, где ты, что ты в безопасности. Я… |