Онлайн книга «Бобровый пруд. Грань жизни»
|
Сказка — не сказка. Великий Червь — не мифическое существо. Катабар — настоящий. Глава 10 Увидев сжатые челюсти Варана, цифры пульса в сто сорок, а систолического давления в сто восемьдесят, — Тахир понял, что дело плохо. Опер вибрировал злостью. — Одевайтесь. Едем, — резко бросил он. — Объясню по дороге. Варан отправил Миру в подвал и закрыл дом. — Спецотдел расформировали, — сказал он, как только они отъехали. — Меня перевели в отдел общеуголовных расследований. Временно, — опер буквально выдавил последнее слово. — Дело о модификатах приостановлено и будет передано следственной группе Технадзора. Варан замолчал, выжимая газ и объезжая поток машин. — Не знаю, имеет ли «Новая эра» отношение к Ранбару Трезаку, но к убийствам модификатов имеет точно, — продолжил он. — Только сейчас не до этого. Мне отзвонился дежурный гарнизона — до них ещё не дошли известия о кадровых перестановках. В районе Кирпичного завода нашли новый труп. По характеру ран вызов механически скинули на меня. Нам нужно осмотреть место происшествия, — Варан бросил короткий взгляд на Тахира. — И я не знаю, сколько у нас для этого времени. Они подъехали к призаводской территории, заваленной мусором и битыми красными кирпичами. Оцепление и оперативную группу было видно издалека. Тахир снял гогглы, в которых ИК-режим не работал, чтобы первым делом быстро осмотреть окружающих. Он попеременно переключал датчики, и мир сменялся пёстрыми картинками пульсирующих органов и оранжево-малиново-чёрными силуэтами. Варан быстро показал удостоверение патрульным. — Это со мной — консультант, — вскользь бросил опер, махнув головой на Тахира. Варан направился к криминалистам, копающимся около трупа, и начал их расспрашивать. Тахир всё переключал ИК-режим на сканер и обратно. Он не видел признаков модификатов: ни среди опергруппы, ни среди околачивающихся рядом прохожих. Он вдруг заметил ярко-белые глаза Тэ Варана, неподвижно смотревшие на него. Опер молчал, но явно посылал ему сигнал. Когда Тахир отключил датчики, надел очки и подошёл к трупу, то понял взгляд Варана — перед ними, скорчившись на боку в жухлой траве и ледяном крошеве пустыря, словно выброшенный мешок, лежал Гор Меревик. Тахир вспомнил себя у стола операционной. Никаких лишних действий. Только максимальная концентрация, мониторинг показателей, анализ состояния пациента, мгновенное считывание справочников из внутренней базы. Если пациент умирал, Захар Кожедуб знал, что в этом нет его вины. Он всегда делал всё правильно, не допуская эмоционального шума, кто бы перед ним ни был: пропитый циррозный мужик или ребёнок с длинными и тощими, как у оленёнка, ножками. Захар Кожедуб всегда знал, как правильно. Тахир включил режим видеозаписи. Уже не имело значения, если его с этой записью обнаружат. Гор мёртв. Варана отстранили. Подставлять некого. Он активировал витальные показатели. На сетчатке забегали данные: Пациент: Меревик Г. Статус: Exitus letalis (Смерть). Витальный статус — Абсолютный ноль. Датчик зафиксировал полное отсутствие биоэлектрической активности мозга, ноль по сокращениям миокарда и полное прекращение движения крови. Приподняв очки, Тахир включил ИК-термометрию: температура внутренних тканей печени — 21,5°С. Тело Гора уже остыло, а тепловой след от армейского парализатора полностью рассеялся, оставив лишь чёткие контуры деструкции кожи. Тахир на всякий случай прошёл сканером по лёгким, но они были чисты — Гора не душили. В желудке и пищеводе следов яда также не было. |