Онлайн книга «Пепел предков»
|
Геннадий Заславский не спал третьи сутки. Он стоял у окна с остывшим чаем, на поверхности которого плавала тонкая плёнка, смотрел, как над крышами выцветает небо, и думал о том, что где-то там, в экваториальном океане, его люди уже должны были завершить передачу груза. Воротник рубашки был расстёгнут, галстук свисал со спинки кресла, пропуск на шнурке лежал рядом с клавиатурой, а в пепельнице лежали три окурка, хотя он бросил курить восемь лет назад. Связь с Платформой-7 оборвалась ночью. Помехи, объяснил ему дежурный. Шторм, наверное. Он кивнул, хотя знал, что шторма там нет. Телефон на столе зажужжал, медленно сползая по пластику к краю. Геннадий Заславский не сразу отреагировал. Третьи сутки без сна превратили реальность в густой, вязкий кисель. Он открыл ноутбук. На экране висело системное уведомление почты. Одно письмо, пришедшее три минуты назад, когда он отвлекся на телефонный звонок. Отправитель скрыт, сервер маршрутизации — Ясенево. Тема: " Для ознакомления". Заславский щелкнул по нему. Файл раскрылся. Сухо, без заставок. Банковские проводки с офшоров, которые он сам научил Марка прятать. Строки с номерами счетов и печатями кипрских, сингапурских, панамских банков. Скан приказа о перенаправлении "Эридана" с его собственной размашистой подписью в углу. Распечатка его звонков сыну, где каждая реплика была выделена красным маркером. Рапорт о бое в долине Валье-дель-Каука с пометкой "дружественный огонь в условиях круговой обороны", завизированный задним числом, и под ним, в сноске, его собственная фамилия: человек, благодаря которому дело замяли. И аудиофайл. Он не стал его запускать. Он знал, что там услышит свой голос, умоляющий "решить проблему с этой американкой аккуратно". В правом углу экрана снова побежал короткий счетчик. Три. Два. Один. Папка исчезла. Крах. Это не было местью. Это была бухгалтерия. СВР просто закрыла счет. Тридцать лет он лавировал между корпорациями и военными ведомствами, думая, что ведет игру. Но он давно уже не вел сына — он шел следом за ним, оплачивая его грехи из государственной казны. Марк не спасал отца — он держал его на прицеле, пока выкачивал из него ресурсы для себя. Он смотрел на монитор ноутбука, где минуту назад исчезла папка. Три цифры и аббревиатура "СВР". Она не просто закрылась — она испарилась, не оставив после себя ни корзины, ни следов в логах. Только чистый рабочий стол и фоновая фотография внуков, которых у него никогда не было: стоковый снимок, оставшийся от прежнего владельца кабинета. Две смеющиеся девочки в желтых дождевиках на фоне осеннего парка. Заславский долго смотрел на этот чужой, стерильный пейзаж. В правом углу экрана еще бежал короткий счетчик, который он не успел заметить: три, два, один. Профессиональная привычка. Двадцать лет за этим столом приучили к тому, что открывать нужно сразу. Тот, кто тянет, проигрывает. Он открыл нижний ящик, достал то, что лежало там уже много лет, завернутое в старую замшевую тряпицу. Металл был тяжелым и холодным. Он вспомнил, как впервые принес этот пистолет домой, спрятал в коробке из-под обуви. Маленький Марк нашел ее через неделю. Ему было лет семь. Он не испугался. Он сидел на полу в коридоре, разложив вокруг себя отцовские вещи, и с научным любопытством ковырял спичкой в канале ствола. Когда Геннадий зашел, Марк двумя руками направил пистолет на него. Раздался щелчок. |