Онлайн книга «Лютая любовь»
|
— Хорошая девочка, — продолжает лить патоку полкан. — Милене Романовне понравилась. А у нее глаз — алмаз, сам знаешь. Говорит, надежный тыл у Климова. Поэтому поезжай спокойно. В среду вернешься, отгулы возьмешь перед свадьбой. Хочется заорать. Но сдерживаюсь. Во-первых, в этом кабинете кричать вправе один человек. Вот он сидит напротив меня, чешет лысину и что-то насуплено смотрит в мониторе. А во-вторых, полкан прав. Под Криницкого мы долго копали. А этот изворотливый гад все время срывался с крючка. Взяли на глупой оплошности. По листку для заметок, где этот сучий потрох расписал всю маржу за месяц, раскрутили всю схему. Обэповцы работали как не в себя, да и нам досталось. Суд, конечно, смягчил приговор как мог. Из пяти, что просило обвинение, дали всего два. Как насмешка! Но если этот кент и тут нас обул… И в третьих, полкан прав. Дело Артамонова у меня в производстве. Поэтому, кроме меня ехать некому. — Ладно, оформляйте командировку и делайте запрос. Надавите там, чтобы ждать не пришлось. Я на тачке туда рвану. За сутки управлюсь. — Может, лучше поездом? — прищуривается полкан. — Нет. Не люблю я на полке трястись, — мотаю головой. — Да и на СВ не заслужил еще, а в купе с важными документами ехать — та еще морока. Тачкой поеду. Деньги на билетах сэкономлю. — Вот ты все-таки клоун, Савва, — улыбается полкан. И одним росчерком подписывает лежащие на столе готовые приказы. «Вот же сучий потрох, — думаю я, улыбаясь. — Развел меня как кролика». И выйдя от руководства первым делом звоню жене. Глава 30 — В настоящий момент абонент занят и не может ответить на ваш звонок, — бодро сообщает мне бездушный механический голос. С досадой швыряю трубку на стол. «Вот с кем она может разговаривать! С кем?» — морщусь недовольно. У моей жены ни друзей, ни родных. Так конечно, нельзя, но меня пока устраивает. Не хочу я Гулю ни с кем делить. Еще бы самому отпуск взять и запереться в квартире. А дверь открывать только курьерам из супермаркетов. Вот такой я долбанный собственник! Даже сам от себя не ожидал. Под кожу влезла мне девчонка. Околдовала. Да я и сам рад. «Остынь», — уговариваю самого себя и по привычке звоню напарнику, Борьке Зорину. — Прикинь, бро, наш Степа какой номер отколол, — роняю отрывисто. А сам, прижав трубку к уху собираю бумаги в портфель. Чистые бланки, свой блокнот, за который многие бы в Москве отдали целое состояние. Проверяю удостоверение в кармане. — Я бы сам к нему смотался, — вздыхает горестно Боря. — Посмотрел бы в зенки его наглые. Вот он отмороженный, бро. Не удивлюсь, если вместо него какой-нибудь терпила сидит. — Да ладно тебе наговаривать, — хмыкаю, не скрывая сарказма. — Чувак искренне считает, что его подставили. А ты наговариваешь… На честного человека, бро… — Да иди ты, — огрызается дружбан и осведомляется деловито. — Ты поездом едешь? Может, сеструху мою встретишь, привет передавай, — добавляет едко. До сих пор болит у человека. Да и у кого бы не болело, когда красивая успешная девочка, выросшая на твоих глазах, ломает жизнь из-за какого-то мудака. ***Сестра Зорина и Степан — герои новой истории "Обожженные изменой. Право на семью" — Я на тачке пру, — сообщаю спокойно. — А ты бы ей денег отправил, что ли? Хватит из себя обиженку строить. |