Онлайн книга «Лютая любовь»
|
— Выходи, душа моя. Ты среди друзей. Смущаясь вкладываю ладошку в огромную лапищу и поднимаю глаза на моего спасителя. Встречаюсь с ним взглядом. Замечаю в голубых, словно небо, глазах, пляшущих чертей и неловко ежусь. То ли от страха, то ли от желания. Притягивает меня этот мужчина. Как магнит притягивает. — Знакомьтесь, — подводит меня к хозяину дома. — Это Гуля. Моя жена, — представляет, не задумываясь. Вот все у Саввы легко и просто. Увез. Жена. Прикольный тип. — Ты нам комнату в мансарде выдели, — просит нахально. — А прокуроров наших на первом этаже размести, — кивает на въезжающий во двор черный внедорожник. — Хилые они. Ну ладно Лидка. У нее вечно что-то болит. Да и Феликс такой же. День по горам ходит, два лежит. — Ну такой график, — разводит руками бородатый Саныч. Ощупывает меня внимательным взглядом. — Так ты же вроде не женат, Савва, — охает возмущенно. — А я украл Гулю. Значит, автоматом женился, — хохочет тот, прижимая меня к себе. — Пулеметом, блин, — рыкает Феликс, захлопывая дверцу. — Прикинь, Иван Александрович, что наш герой удумал. Украл девчонку. Еле отмахались. Пришлось удочки доставать. «Удочки? Какие удочки?» — думаю лихорадочно, представляя рыболовные снасти. — Удостоверения, — тихонько поясняет мне Савва, а громко заявляет. — Зато какую рыбу поймали, родня! — Ну дела! А я думал, шутит, — ухает старик, как древний филин. — Мы тоже думали, — раздраженно кивает Лида. — Мой брат в своем репертуаре, дядя Ваня. — Да ладно тебе, Лидка, — недовольно фыркает Савва и спрашивает нахально. — Мы тут до утра планируем постоять, или в дом пойдем? Если первый вариант, мы с Гуленькой в машину вернемся. В тачке спокойнее, чем вас слушать. — Конечно, прошу-прошу, — хлопает руками хозяин дома. Торопливо закрывает ворота. А Савва, не дожидаясь, берет меня за руку и ведет в дом. — Может, хозяина подождать? — охаю я. — Он сам дорогу найдет, — морщит нос Савва. А в доме командует. — Санузел сразу направо. Иди первой. А то сейчас Лидка придет, решит ванну принять, потом никто не попадет. Юркнув за дубовую дверь, смотрю на себя в зеркало. Усталая, взлохмаченная, но глаза горят и на щеках румянец. — Я справлюсь. Я выдержу, — расправив плечи, говорю своему отражению. — Мне хватит сил. Теперь я распоряжаюсь своей жизнью. Я, а не отец или Равиль. Сполоснув лицо, переплетаю косу и выхожу на кухню. А там уже народ кружит вокруг накрытого стола. — Сейчас поедим и на боковую, — шепчет Савва, прижимая меня к себе. Тут такие порядки, а в наших краях не допустимо. А еще еда. Оглядываю стол. Знакомых продуктов мало. На столе в большой миске соленая капуста, нарезанная тонкими перышками. У нас солят иначе, нарезая брусками. Сметана в банке, пельмени и тонкие ломтики копченого мяса, уложенные на блюде. — Как говорится, чем богаты, тем и рады, — кивает на стол хозяин. — Прошу, дорогие гости. Порываюсь уйти на другой край стола. У нас мужчины и женщины не сидят вместе, но крепкие руки Саввы не отпускают. — Привыкай, Гуленька. У нас равноправие. Сажусь рядом со своим мужчиной. Рядом со мной опускается на стул Лида. И Феликс с Санычем занимают места напротив. Что-то говорят, смеются. А я сижу опустив глаза. Мне кусок в горло не лезет. — Чего сидим, кого ждем, — насмешливо интересуется Савва и, взяв мою тарелку, самовольно накладывает пельмени. Штук десять наверное! |