Онлайн книга «Экзамен на отцовство. Семья для Лютика»
|
Вздрагиваю, вспомнив о матери ребенка. Вот только ее тут и не хватало. — Задом наперед надел, — киваю на тонкую футболочку с рукавами, которую с сопением натягивает на себя мой сын. — Вечно она такая, — бурчит он. Но послушно все переодевает и смотрит на меня преданно. — Пойдем кушать, мама. Я так проголодался! Где-то внутри я тоже ощущаю слабые звоночки голода. Но самой вот так просто идти на кухню мне боязно. Пригласил бы кто. «Совсем ты, девка, мозги растеряла, — стучится в голову здравый смысл голосом бабушки Вари. — Где же это видано, чтобы хозяева прислугу к столу звали и рядом с собой сажали! Знай свое место, чижик!» — Пойдем, — беру сына за руку и храбро направляюсь к двери. — Погоди, — срываюсь с места. — Радионяню забыла! — возвращаюсь за нужным девайсом. Засовываю его в карман куртки и тут же замечаю восторженный взгляд сына. — Мама, у тебя такой костюм красивый. Как звездное небо, — восхищенно тянет он. — Да, красивый, — соглашаюсь тихонечко. Иду по коридорам ни жива ни мертва и больше всего на свете боюсь заблудиться. Глава 17 «Самое простое — идти на голоса», — решаю по дороге на кухню. «А еще на запах можно», — усмехаюсь мысленно. Втягиваю носом ароматы жареного мяса, каких-то специй. Сглатываю торопливо. И только сейчас понимаю, как проголодалась. — Очень вкусно пахнет, — словно считывает мои мысли Мишутка. — Я такой голодный, мама. Могу слона съесть, — разводит сыночек руки в стороны, растопыривает пальчики. — Да, родной. Только тут нет слона, — киваю я. И чувствую себя приживалкой в чужом доме. Никогда ни у кого не была в услужении. А жизнь заставила. Это только со стороны кажется — вы мне поможете, а я вам. А на деле все получается совершенно иначе. Я попала в чужой дом, стала нянькой. Пусть даже на десять дней… — Мам, нам сюда, — абсолютно не теряется мой сын. — Дядя Яков нас сюда приводил! — восклицает довольно. Без всякого стеснения толкает ладошками белую двустворчатую дверь. — А, вы пришли, — без всякого энтузиазма кивает мне повариха Галина Терентьевна, наливая в фарфоровую супницу в виде кастрюли борщ. — Так, как там тебя, — роняет на ходу. — Вон полка с посудой для персонала. Там тарелки возьми. Вон кастрюли. Сама все набери. Хочешь борщ, хочешь суп. Есть котлеты с пюре. И морс. За стол у окна садитесь. А я сейчас хозяевам первое отнесу… — дает она торопливо указания. Берет кастрюльку за фарфоровые ручки и важно несет в соседнюю комнату, где за столом уже рассаживаются Антон и Яков. — Мама, я борщ не хочу. И суп не люблю! Ты мне сразу дай котлетку, ладно? — звонко сообщает мне все свои хотелки ребенок. — Немножко супчика, — улыбаюсь сыну. Открыв кастрюли, зачерпываю половинку половника. — Гляди. Тут фрикадельки и бульончик. — Фикадельки? — переспрашивает малыш. — Фикадельки я тоже не люблю… Никогда их не ем в садике, — признается он, скривившись. — Мишутка, так не пойдет, — сунув половник в кастрюлю, сажусь перед сыном на корточки. — Поесть надо. И неожиданно понимаю простой и непреложный факт. Мы тут из милости господина Лютова, а значит, нет уверенности, когда и чем я смогу накормить сына. А это плохо. Очень плохо. Надо попроситься готовить себе самой. Деньги я могу перечислить за продукты. Но хотя бы точно буду знать, на что рассчитывать. |