Онлайн книга «Развод. Второй шанс»
|
— Никуда я не пойду! — взревел он на весь дом, брызгая слюной. — Я имею полное право спать со своей законной женой! Имею право, блять! Кое‑как я выставила его на крыльцо и захлопнула дверь. Но Илью понесло по кочкам. На шум из будки охраны уже выросли наши верные церберы — брутальные Ваня‑Кипятильник и Борька‑Дуршлаг. Илья, шатаясь, повернулся к ним и начал орать дурным голосом: — Эй вы, блять! Кипятильник! Дуршлаг! А ну идите сюда! Вы мне ответьте — с кем из вас двоих спит моя жена?! С кем из вас эта сука мне изменяет?! Парни стояли с каменными лицами, понимая, что у шефа окончательно потекла крыша на почве алкоголя и безнаказанности. Поняв, что ответа не будет, Илья с криком: «Я вас всех, нахуй, порешу!» — побежал в главный дом и выскочил оттуда с охотничьим ружьём наперевес. Следом за ним, испуганно визжа на весь посёлок, выбежала девка. В панике она забыла одеться, поэтому её знаменитые силиконовые сиськи испуганно прыгали при каждом шаге, грозя пробить ей подбородок. Илья с ружьём подлетел к ребятам, тыча стволом им в грудь и обещая устроить вторую волну девяностых. Паниковать Ваня и Борька не стали — они за свою жизнь и не такое видели. Ваня‑Кипятильник профессиональным движением перехватил ствол, а Борька‑Дуршлаг со звуком «пуньк» культурно и нежно вырубил моего благоверного точным ударом в челюсть. Илья красиво ушёл в нокаут прямо на газон, а его силиконовая муза унеслась обратно в дом. После той ночи наши отношения с Ильёй сдохли окончательно. Мы вообще перестали общаться. Стопроцентный игнор. Виделись только на официальных приёмах, где нужно было натягивать улыбки и изображать идеальную пару ради бизнеса, ну и пересекались по вопросам детей. Кстати, отцом Илья был действительно хороший. Тут не придерёшься. Детей он искренне любил, обеспечивал, баловал и всегда был для них авторитетом. И сегодня Стасу исполнилось двадцать лет. Я понимала: контракт закрыт. Обещание выполнено. Илья помнит. Просто он такой, какой есть. Был не готов к разговору. Я поговорю чуть позже. Они дали слово. Хрен тебе Валя Банкетный зал гудел, как растревоженный улей. Хрустальные люстры заливали помещение слишком ярким светом, от которого у меня к концу вечера всегда начинала трещать голова. Я стоял в центре зала, держа в руке бокал с виски, и лениво кивал очередному партнёру по бизнесу. А сам не мог отвести взгляда от Вали. Она стояла у стойки — безупречная, строгая, в синем платье. Моя идеальная, законная жена. Фасад, который мы с её отцом выстраивали годами. Но сегодня в её фигуре, в том, как её пальцы сжимали бокал, было что-то не то. Изменилась вся геометрия её движений. Какая-то опасная натянутость. Когда я подошёл к ней, разогнав назойливых сплетниц, и спросил, что с лицом, она просто пожала плечами. Бесцветно. Пусто. А потом выдала: «Сыну двадцать. Отпусти меня. Я хочу женского счастья…» — и коснулась моего рукава. Холодно так, будто мы чужие. И ушла. Скрылась в мартовской метели. В тот момент у меня внутри, впервые за двадцать лет, зашевелилось странное беспокойство. Будто из фундамента моего дома выбили самый главный, несущий камень. Это было странно: с какого хрена я должен дёргаться из‑за женщины, которую сам же восемнадцать лет назад задвинул на дальнюю полку своей жизни? После того как она устроила бунт и переехала в гостевой дом на участке. |