Онлайн книга «Саня»
|
Тот сначала смотрит на Сашу, потом на мою руку, намертво зажавшую его галстук. Женщина рядом прыскает в салфетку. — По-моему, молодой человек, вы не очень сопротивляетесь. — Так я воспитанный. Боюсь её отказом обидеть. — Саша, ты что, дурак? — стараясь не орать, спрашиваю очевидное и дёргаю его дальше. — Не позорь меня перед незнакомыми людьми. Нахожу небольшой коридор возле гардероба, где наконец никого нет, и отпускаю галстук. Саша поправляет узел: — Зря отпустила. Мне начинало нравиться. — Саша, что ты устроил? — Не бузи, Эмка. Всё путём. — Мы расстались вчера. Кто вообще знакомит девушку с родителями на следующий день после расставания? — Эмка, я ж тебя не заставляю. Можешь сейчас сказать моим родителям, что вчера бросила меня, что я от отчаяния притащил тебе цветов на четверть миллиона, заманил сюда обманом и теперь пытаюсь спасти отношения публичным позором. Потом встанешь и свалишь. — Ты прекрасно знаешь, что я так не поступлю. — Знаю, — совершенно спокойно соглашается он. — В этом и заключается план. — Ты манипулятор. — Ля, Эмка, можно подумать, я тебя с чужой свадьбы украл, в багажник кинул и в Дагестан повёз. Чё ты драматизируешь? — Потому что ты не сказал, куда мы едем! — Если бы сказал, ты бы не поехала. Хочется ударить его хлебной корзинкой. — Почему ты соврал отцу, что я уволилась? Веселья у него немного убавляется. — Поговорим об этом потом, — он пытается отмахнуться, но я крепко вцепляюсь пальцами в его рукав. — Нет. Сейчас. Если твой отец считает, что я недостаточно хороша для тебя, потому что работаю твоей ассистенткой, я за этим столом сидеть не буду. — Господи, Эмка, да при чём тут «недостаточно хороша»? — А что тогда? Саша тяжело выдыхает, нервно оглядывается на батю, который всё ещё беседует со знакомым, а потом склоняется к самому моему уху, и его голос становится непривычно тихим, сухим и серьёзным: — У моего отца бзик, Эмка. Ебаный пунктик на уровне паранойи. У нас в компании отношения между руководителями и подчинёнными запрещены. — Это ещё почему? — меня аж передёргивает от обиды. — Такие, как я, по касте не вышли? Недостойны вашего семейства? — Я сейчас тебе семейную тайну должен выдать, чтобы ты перестала искать классовое неравенство там, где его нет? — Будь любезен. — Батя однажды изменил матери. — Что?.. — выдыхаю я, не веря своим ушам. — С женщиной из офиса, — добавляет Саша. — После этого мать служебные романы ненавидит, а батя сделал из собственного косяка корпоративную религию. На скольких ужинах ты была у нас дома? Мою мать хоть раз там видела? — Нет. — Ну вот. Она терпеть не может маячить в его обществе и с батей общается только по крайним праздникам. Мать ему эту историю до сих пор не простила. Поэтому у нас в «СтройИнвесте» отцом лично введён жёсткий запрет на любые служебные романы. Смотрю на Наталью Сергеевну уже совсем иначе. Она сейчас что-то говорит знакомой, улыбается, поправляет браслет на запястье — и совершенно не похожа на женщину, которая годами носит в себе старую обиду. Хотя как вообще должна выглядеть такая женщина? — Господи... Евгений Иванович? — Прикинь, даже интеллигентные деды умеют хуйню творить. Просто делают это в дорогом костюме. — И с кем он ей изменил? — Только в обморок не падай, — предупреждает Саша. — С Маринкой. |