Книга Кардиолог. Муж думал, я прощу, страница 61 – Марта Ли

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Кардиолог. Муж думал, я прощу»

📃 Cтраница 61

Дальше всё складывалось постепенно, без чудес и громких обещаний.

К весне мы с Арсением развелись. Мирон остался со мной, с отцом продолжал встречаться, хотя прежняя близость между ними так быстро не вернулась. Сначала сын приходил после этих встреч сердитый, потом научился сам говорить, что ему неприятно. Я старалась не расспрашивать лишнего. У них ещё будет время разобраться в своих отношениях.

С клиникой хлопот оказалось столько, что Григорий Андреевич однажды предложил повесить над бухгалтерией табличку «Не кормить обещаниями». Он привёл в порядок закупки, мы заменили неисправный датчик в диагностике и начали получать деньги по новым договорам. Проверка прежних сделок продолжалась, часть требований пришлось предъявлять через суд. Арсений больше не мог распоряжаться счетами, и этого уже было достаточно, чтобы перестать каждое утро ждать очередного сюрприза.

С маминой квартирой мы разобрались только через несколько месяцев. В восстановительный центр вошёл новый инвестор; после частичного погашения кредита и замены обеспечения банк письменно освободил маму от поручительства и снял залог с её жилья. Нина Григорьевна трижды перезвонила Аглае Семёновне, прежде чем поверила. Потом испекла пирог и заявила, что теперь никому не даст даже расписку за взятую на время кастрюлю.

Таисия признала личный долг в семьсот тысяч, вернула первую часть и подписала график остальных выплат. По расчётам её общества с нашей клиникой работали юристы. Мне всё ещё было больно вспоминать нашу дружбу, но желание звонить ей прошло. Иногда это и есть самый заметный результат долгого разговора — больше не хочется его продолжать.

Арсений однажды приехал в клинику на встречу с Черновым по вопросу своей доли. На входе назвал фамилию администратору и подождал, пока ему оформят пропуск. Раньше он проходил мимо стойки, раздавая распоряжения на ходу. Теперь двери его бывшего кабинета открывались после обычного стука. Увидев меня в коридоре, он хотел что-то сказать, но ограничился коротким приветствием. Я ответила и пошла к пациентам. Мне больше не требовалось доказывать ему, кто здесь имеет право работать и принимать решения.

Савва не лез в мои дела с клиникой. Зато без разговоров отвёз маму на обследование, однажды просидел два часа на Мироновых соревнованиях и хлопал громче всех, когда тот доплыл до бортика. А в другой вечер мы собирали шкаф и спорили над инструкцией до полуночи. Зоряна снимала на телефон нашу кривую дверцу, Мирон приносил отвёртки, которые никто не просил. Мы с Саввой тоже ссорились — из-за его опозданий, моей привычки отвечать на рабочие звонки за ужином. Потом мирились. Мне нравилось, что рядом со мной живой человек, а не обещание безупречного будущего.

Однажды в воскресенье я вернулась с работы пораньше и услышала с порога спор. Мирон с Зоряной выясняли, надо ли сначала отваривать картошку, мама командовала у духовки, а Савва, увидев меня, сообщил: «Наконец-то взрослый человек. Объясни им, что ужин можно приготовить и без консилиума». Я засмеялась, подошла и поцеловала его. Мирон возмутился: «Мам, у нас противень горит, а вы опять!»

Я осталась на кухне, прижавшись к Савве плечом. Мама вытащила противень и объявила, что теперь каждому достанется собственная порция, если никто больше не будет давать советов. Дети хохотали, Савва спорил о подгоревшей корочке, а мне не хотелось никуда уходить. Впереди были работа, уроки, счета и обычные наши дела. В этот вечер мне хватало того, что мы все здесь, вместе.

КОНЕЦ.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь