Онлайн книга «Сдавайся»
|
Орни закатывает глаза. А я медленно наступаю, оттесняя ее к высокой гостиничной кровати. Ее позолоченное солнцем тело на белых простынях — зрелище упоительное. Накрываю Таську собой. Целую, удерживая вес тела на вытянутых ладонях. Перекатываюсь на локти, соединяю груди ладонями и, глядя ей в глаза, принимаюсь терзать соски. Орни часто дышит. Тихонько что-то бормочет. Скребет по моей бритой под двойку макушке ноготками. И вроде не делает ничего такого, чтобы заслужить билет, да. Но ей и не нужно ничего делать. Все и так идеально. Меня сносит. И продолжать прелюдию просто не остается сил. Раскатываю резинку. Орни выгибается, втягивая меня в себя, словно мощным вакуумом. Руки сжимаются на моих ягодицах. Бедра толкаются мне навстречу. Таська податливая, словно воск, но эта податливость не имеет ничего общего с пассивностью. Сумасшествие. Рваный темп в любой другой ситуации не привел бы ни к каким положительным результатам, а тут нас просто сносит. Ее мышцы напрягаются. Она каменеет в моих руках, отчего я понимаю, что ее пик близко. Я проникаю в нее все быстрее, глубже, отчаяннее. Внутри нарастает что-то неудержимое, как приливная волна в шторм. Губы Орни распахиваются в немом крике. И тогда я делаю последний рывок и чувствую, как болезненно начинают пульсировать мышцы лона, обхватывая меня с такой силой, что я не могу сдержать сдавленного стона. По телу Орни одна за другой прокатываются волны удовольствия. Я яростно изливаюсь в резинку. Покидать ее не хочется, но я же тяжелый. Перекатываюсь на спину и затаскиваю ее на себя. — Я вся грязная… — срывающимся голосом замечает Орни. — Насрать. И что? Правильно. Она покладисто кивает. И поудобнее устраивается у меня на плече. Это какой-то особенный кайф — отношения с психологически здоровой женщиной без заёбов. Орни ничего не додумывает, не перекручивает мои слова, не пытается выудить из них какой-то тайный смысл. Если ей что-то непонятно — она спрашивает. Не нравится — говорит. Хочет — тоже смело заявляет о своих желаниях. Только сейчас я понимаю, насколько, оказывается, устал от всех этих игр. Когда «ничего» означает «догадайся сам». Когда нужно помнить, что ты сказал три недели назад, и каким тоном. Когда от тебя чего-то ждут, но объяснить, чего именно, считают ниже своего достоинства. Или, как альтернативная версия, когда тебе, напротив, пытаются во всем угодить в ущерб собственным интересам. С Орни иначе. Она не заставляет меня угадывать правила, она их обозначает. Это совсем другой уровень, знаете ли. У меня, сука, просто дух от нее захватывает. Ну ладно, от секса тоже. Но и просто от того, какая она есть. Я сорок лет живу. Баб у меня было море. Но чтобы вот так… Пипец. Пока я думаю свои думы, Орни отрубается. Я еще лежу, прислушиваясь к ее тихому дыханию, машинально поглаживаю по спине, а потом тоже вырубаюсь. Просыпаюсь от того, что меня настойчиво теребят за плечо. — Тём. Мычу. — Тём! — Ты что, из тех, кто на отдыхе встает в пять утра, чтобы обойти все достопримечательности? — бурчу я, с трудом разлепляя глаза. Орни сидит рядом уже вполне бодрая, с собранными наверх волосами и телефоном в руке. — Нет, — улыбается. — Но тебе скоро вставать. И я заказала нам завтрак. — Я обычно не завтракаю, — зеваю. |