Онлайн книга «Сезон отпусков»
|
Я достаю часы и кладу их на ладонь. Ремешка нет. Только разбитое стекло и поцарапанный циферблат с названием швейцарской марки. Легкая улыбка скользит по губам, когда я вспоминаю двадцать первый день рождения Адама. Мы пошли ужинать с его родителями. Они подарили ему эти роскошные часы. Адам ужасно обрадовался. Он всегда был жизнерадостным, щедрым на смех и добрые слова. Но в тот вечер он сиял так ярко, что озарял все вокруг. Это было за день до того, как мы отправились в путешествие, чтобы два года пожить в фургоне. Моя улыбка гаснет. — Давайте я вас отбуксирую. У меня есть гараж. Там и починим фургон, – голос Харви Мида эхом отзывается в памяти, оскверняя разум, как оскверняют чистую бумагу чернила. Адам ответил ему той же сияющей улыбкой, что дарил всем окружающим. — Это было бы просто замечательно, спасибо. Я помню, как Мид улыбался Адаму в ответ, но та улыбка так и не достигла бездонной пустоты его глаз. Он ушел за своей машиной, а я прошептала Адаму: — Ты уверен? — Да, – сказал он, затем провел рукой по моим волосам и поцеловал в лоб. – Кажется, нормальный парень. Я открываю глаза, и в сознании мелькает образ разлетающихся стервятников. Смотрю на часы. Они выглядят так же, как и когда я выгребла их из пепла, оставшегося от дома Харви Мида. Так же, как когда я пыталась вернуть их родителям Адама. Миссис Каннингем обхватила мою руку своими ладонями и попросила оставить часы себе. Она ни разу не попыталась заставить меня чувствовать вину за то, что это я выжила в том аду, где ее сына разорвали на части. Но я все равно чувствовала. Множество раз я жалела, что не я погибла там. Горе ободрало меня, будто терка, срезая частичку за частичкой, пока от моей жизни не остались одни лоскутки. И каждый раз, когда я пыталась собрать их во что-то хоть отдаленно знакомое, они рассыпались. Мне пришлось отпустить ту женщину, которой я была раньше, и склеить свои изорванные кусочки с помощью греховных поступков, чтобы снова почувствовать себя хоть сколько-то цельной. Не могу просто так от этого отказаться. Не могу силой вернуть ту сломанную женщину обратно. Не могу разрушить жизнь, что создала здесь, на Гиблом Мысе. Не могу и не позволю Нолану Роудсу отнять ее у меня. Я убираю часы обратно в шкатулку, задерживаю на них взгляд на долгое мгновение, прежде чем закрыть ящик комода. Решаю идти в город пешком, отказавшись от поездки с Лукасом, – пусть проведет время с дедом наедине. Приятно просто идти, никуда не торопясь. В последнее время моя жизнь превратилась в порочный круг: садоводство, реставрация гоночного карта, создание поддельного трупа и, последние три ночи, с тех пор как я покончила с мистером Макмилланом, – работа по эксгумации давно похороненных жертв Артура почти в полной тишине вместе с Ноланом. Прошлой ночью я набралась смелости извиниться за то, что чуть не стала причиной его гибели, а потом накричала на него. Хотя Нолан не отреагировал сколько-нибудь заметно, если, конечно, бездонный нечитаемый взгляд, полный ненависти, можно считать молчаливым принятием. По крайней мере, я попыталась. Наверное. Неплохо будет отдохнуть от Нолана хотя бы одну ночь. Уже пора собираться к реке, но я просто не могу пропустить одно из любимых ежегодных мероприятий Артура в первый же день после выписки из больницы. |