Онлайн книга «Развод. Извинений не дождешься!»
|
— Так вот как ты думаешь обо мне на самом деле?! Я больше не могу сдержать гнева. Даже если кто-то услышит наши крики из коридора, мне плевать! Пусть все узнают, что муж обокрал собственную жену! Если надо я готова закричать это на весь мир! — Я ничего плохого о тебе не думаю, Ангелина, — вздыхает Бубнов. — Поверь. Ты хорошая мать и все такое. Поднимаешь репродуктивный потенциал страны. Но, как я уже сказал: для науки нужны те, кто готов в лаборатории сутками сидеть, а не бежать домой, потому что сынуля коленку разбил. — Да ну? Правда? Только что-то твоя аспиранточка не похожа на человека, который готов сутками в лаборатории сидеть. — А ты откуда знаешь, Ангелина? Ты свечку держала? Между прочим, Адель очень трудолюбивая и способная девушка. Она ночами пыхтела над работой. Я улыбаюсь. Такой же ядовитой, саркастичной улыбкой, какая была у него. — Да уж, я теперь знаю, над чем она ночами пыхтела! Только вот работа у нее была явно не по генетике! Игорь багровеет. Шея наливается красным, желваки ходят ходуном. Он делает шаг ко мне, сжимает кулаки. — Прекрати это немедленно! Нас сейчас услышат! Будешь потом перед советом краснеть! Я улыбаюсь еще шире, сдерживая себя всеми силами, чтобы не плюнуть ему в лицо. — Это не я буду краснеть, Игорек, — усмехаюсь. — А ты сл своей шлюшкой-воровкой. Особенно, будет приятно посмотреть, как вы будете оправдываться, когда все узнают, что вы у меня данные украли. Он смотрит на меня секунду. Две. Потом тяжело вздыхает и закатывает глаза. — Украли данные? И как ты докажешь, что они твои? — спрашивает с вызовом. — Они у тебя опубликованы? Нет. Все данные у Адель. Все работы, акты внедрения, справки о результатах — у Адель. Что ты будешь делать, Ангелина? Кричать на заседании, что «это моё, я первая придумала»? Он подступает ближе. — Просто успокойся и выдохни, — говорит он почти ласково. — Ну не судьба тебе стать кандидатом. Ты выбрала другой путь. И ничего в этом страшного нет. Мир не рухнет. — Не подходи ко мне, Бубнов, — я отталкиваю его. Рука врезается ему в грудь, и он пошатывается. — Не прикасайся. Он отступает, но не выглядит удивленным. Только раздраженным. — Я докажу всем, что данные были украдены! И даже твое влияние меня не остановит. Игорь снова вздыхает. — Ангелина, пожалуйста. Одумайся. И не позорь меня. В аттестационной комиссии тебя даже слушать никто не станет. Ты понимаешь, что такое ученая степень? Моя репутация сильнее всех твоих криков. А у Адель репутацию делаю я. Во мне что-то щелкает. Я выпрямляю спину, и резко отключаю эмоции. Почему я вообще с ним говорю? Разве он еще хоть сколько то достоин того, чтобы я тратила время на эти разговоры? — Это мы еще посмотрим, — говорю я и рывком открываю дверь. — Ангелина, вернись! — орет Бубнов мне вслед. — Не смей позорить меня перед комиссией! Я тебя в этом городе научным изгоем сделаю! Я не оборачиваюсь. Вылетаю в коридор. Каблуки стучат по кафелю. Игорь что-то кричит за спиной, но я не разбираю слов. И не хочу. — Я защищусь, Бубнов, — шепчу я себе под нос, толкая тяжелую дверь выхода из института. — Я защищусь. И докажу всем, какой ты кобель. |