Онлайн книга «Пышка. Тайный поклонник для разведёнки»
|
— Знала, — честно призналась она, её дыхание сбилось. — Но я не думала, что их будет так много. — Это неважно, — я обхватил её лицо ладонями, заставляя смотреть на меня. — Важно то, что по условиям нашего контракта… Я наклонился, касаясь её губ своими, чувствуя, как она вздрагивает и тихо выдыхает моё имя. — …ты остаёшься у меня. Навсегда. — Навсегда — это очень долгий срок, директор, — прошептала она против моих губ. — Я знаю, — притянул её к себе, усаживая на свои колени и зарываясь руками в её тёплые, пахнущие тыквой и корицей волосы. — Но у меня отличная большая кухня. Она рассмеялась, обвивая мою шею руками, и когда наши губы снова встретились, я понял, что этот тыквенный суп стоил каждой минуты этого безумия. Глава 16 Лена. Последний день съёмок начался с яркого солнца в окно и запаха кофе, который Тимур варил на своей кухне. Я лежала в постели, смотрела в потолок и думала о том, что через неделю всё это закончится. Павильон, софиты, тыковки в ушах, белый диван. И Тимур. Нет, Тимур не закончится. Он сказал, что не отпустит. Но что это значит на практике? Я — женщина из маленького городка, которая двадцать лет сортировала посылки. Он — директор компании, который покупает яхты бывшим и строит империи. У нас разные миры. Разные жизни. Я встала, надела его рубашку и вышла на кухню. Тимур стоял у плиты в чёрных брюках и белой рубашке с закатанными рукавами. Он не готовил завтрак — он проводил операцию. На столе уже стояли две чашки фарфоровой посуды, которая стоила как моя месячная зарплата, и идеальные тосты. — Доброе утро, — сказал он, не оборачиваясь. Его голос был низким, утренним, с хрипотцой. — Садись. Он поставил передо мной тарелку. Омлет был безупречным — золотистым, пышным, с зеленью и каплей сметаны, положенной ровно в центр. — Это… нечестно, — сказала я, глядя на шедевр. — Что? — Ты готовишь лучше меня. А я — блогер-кулинар. Тимур наконец повернулся. Он опёрся бедром о столешницу и скрестил руки на груди. — Я готовлю только то, что имеет смысл, Лена. Омлет — это функция. Всё остальное — твоя территория. Я засмеялась, но смех застрял в горле. Я вдруг поняла, что не хочу уезжать. Не хочу возвращаться в отель. Не хочу думать о том, что будет после съёмок. Я хочу сидеть на этой кухне, есть этот омлет и делать вид, что время остановилось. Но время не останавливалось. И моя гордость, которую я так старательно латала последние годы, требовала слов. — Тимур, — начала осторожно, глядя в чашку. — Что будет, когда съёмки закончатся? Он не ответил сразу. Я подняла глаза. Его лицо было абсолютно спокойным, но в тёмных глазах затаилась хищная внимательность. — В смысле? — В смысле — что я буду делать? Я не могу вернуться на почту. Не после всего этого. Но и здесь… у меня нет работы. Нет квартиры. Я не хочу быть просто… содержанкой, которая живёт в твоей квартире и ждёт, когда ты вернёшься с работы. Воздух на кухне вдруг стал тяжёлым. Тимур медленно выпрямился. Он не повысил голос, не нахмурился. Он просто посмотрел на меня так, будто я только что предложила ему продать компанию ради покупки хомячка. — Ты закончила? — тихо спросил он. — Нет, — упрямо ответила я. — Я хочу сама. Понимаешь? Я хочу стоять на собственных ногах. — На каких ногах? — его голос упал до опасного шёпота. — Технически, я носил тебя на руках. |