Онлайн книга «Князь, не женитесь на Воронцовой»
|
Роман тоже это заметил. — Мы выйдем. — Не вижу причин. Он взял меня под локоть и мягко, но весьма настойчиво направил к выходу. — Зато я вижу. Я попыталась высвободить руку. — Уберите руку. Роман сразу отпустил мой локоть. — Тогда выйдем сами, — сказал он. — Не будем спорить у больной лошади. Я направилась к выходу. Стоило двери денника закрыться за нашей спиной, как я повернулась к Роману. — Я не ребёнок. — Никогда не говорил. — Тогда не командуйте. — Наталья, кто-то только что попытался вывести вашу лошадь из соревнования. Я не знаю, ограничится ли он овсом. — Поэтому я и хочу участвовать. — Поэтому я не хочу, чтобы вы одна ходили по конюшням и задавали вопросы людям, которые могли это сделать. Я замолчала, потому что, к сожалению, возразить было нечего. Вот ведь зараза. Когда Роман говорил разумные вещи, спорить с ним становилось гораздо сложнее. — Хорошо, — наконец сказала я. Он тут же насторожился. — Что «хорошо»? — Я не пойду одна. По выражению его лица было видно, что такой лёгкой капитуляции он от меня не ждал и теперь совершенно справедливо искал подвох. Я выдержала паузу. — Пойду с вами. — Нет. Теперь уже я нахмурилась. — Почему? — Потому что это совсем не то, что я имел в виду. — А я согласилась на единственно разумный вариант. Роман тяжело вздохнул. — Наталья. — Роман. Имя вырвалось само, и мы оба на мгновение замолчали. Без «князя Белозерского», без отчества, без привычной дистанции, за которой мы обычно прятались. Просто Роман. Что-то в его лице едва заметно изменилось. Улыбка не появилась, но взгляд стал другим — слишком внимательным для одного случайно произнесённого имени. — Вы это специально? — спросил он. Я прекрасно поняла, о чём речь, но сделала самое невинное лицо. — Что? Роман ещё несколько секунд изучал меня, потом, кажется, решил не давать мне удовольствия и выдохнул: — Ничего. Ладно. Идёте со мной. Я не удержалась от улыбки. — Вот видите. Умеете принимать разумные решения. — При одном условии. Делаете только то, что я говорю. Я сразу перестала улыбаться. — Не злоупотребляйте моментом. Теперь улыбнулся он. — Уже. К шести вечера наше расследование продвинулось не слишком далеко. Охрана за день видела в конюшнях десятки людей, конюхи постоянно переходили из одного ряда в другой, кто-то приносил корм, кто-то забирал сбрую, а некоторые участники просто приходили посмотреть на чужих лошадей. Выяснить, кто именно мог подойти к деннику Звезды, оказалось почти невозможно. Поручику я передала извинения через знакомого офицера: после случившегося со Звездой о прогулке не могло быть речи. Зато Артемий Кузьмич обнаружил кое-что гораздо более полезное. Овёс, оставшийся в её кормушке, был не наш. — Уверены? — спросил Роман. Артемий Кузьмич кивнул и раскрыл один из наших мешков. — Наш мельче. И смесь другая. Мы добавляем немного льняного семени. Я набрала горсть овса из мешка, потом сравнила её с образцом, который ветеринар забрал из кормушки Звезды. Даже без особых знаний разница была заметна. — Значит, кто-то подменил корм. Роман взял оба образца и внимательно сравнил. — Или только часть. — Зачем? — Чтобы подмена не бросалась в глаза сразу. Я медленно оглядела длинный ряд денников. За день здесь прошли сотни людей, и почти каждый мог знать, какие лошади принадлежат нашему заводу. |