Онлайн книга «Князь, не женитесь на Воронцовой»
|
Роман оглядел меня с головы до ног. — Неужели мне опять предстоит сражаться за ваше внимание с лошадью? — С целой конюшней. — Численное превосходство противника пугает. — Тогда приезжайте к ужину. Он посмотрел на плащ, затем на саквояж и неожиданно спросил: — А если я поеду с вами? Я прищурилась. Роман умел предложить что угодно с таким выражением лица, будто речь шла о самом естественном в мире занятии. Однако представить князя Белозерского добровольно проводящим день за разбором зимних стойл было непросто даже мне. — Там будет холодно, грязно и очень скучно. — Вы сейчас пытаетесь меня отговорить или соблазнить? Лидия, появившаяся за моим плечом со второй парой чулок, издала странный звук. Я предпочла не оборачиваться. — Предупреждаю. Я действительно собираюсь работать. — А я действительно собираюсь вас видеть. Это было сказано без привычного пафоса. Роман протянул руку за моим плащом, словно вопрос уже решён, и я неожиданно позволила ему помочь мне одеться. Дорога заняла больше времени, чем обычно: ночью подморозило, а к утру мелкий дождь снова превратил колеи в блестящую грязь. Мы ехали в закрытом экипаже. Роман расспрашивал о новых поставках, временами с неприличной лёгкостью отвлекался на мои руки, а потом внезапно снова возвращался к делу и задавал такой точный вопрос, что мне приходилось признавать: за последние недели он действительно запомнил гораздо больше, чем хотел показывать. На заводе Артемий Кузьмич встретил нас у двора. Увидев Романа, он на секунду застыл, а затем поклонился с выражением человека, которому только что сообщили, что к привычным трудностям добавляется ещё одна, да к тому же титулованная. — Ваше Сиятельство. Не ожидали. — Я тоже, — совершенно серьёзно ответил Роман. — Но Наталья Сергеевна обещала мне незабываемые развлечения. — Я обещала холод и грязь, — напомнила я. — Именно. Артемий Кузьмич посмотрел на меня. Я лишь пожала плечами. В конце концов, взрослый мужчина должен сам отвечать за собственные необдуманные решения. В конюшнях как раз готовились переводить молодняк из летних помещений. Несколько денников отремонтировали, и нужно было проверить, достаточно ли там сухо, не тянет ли от дверей и удобно ли подводить лошадей к поилкам. Это была самая обычная работа, которой предстояло уделить большую часть дня. Ни блеска мундиров, ни музыки, ни дам, готовых восхищаться фамилией Белозерского. Я сняла перчатку и провела ладонью по деревянной стойке. От щели возле крепления ощутимо тянуло холодом. — Здесь проконопатить ещё раз, — сказала я конюху. — И нижний засов перенесите. Он слишком близко к тому месту, где лошадь может ударить копытом. Роман тем временем молча придерживал распахнувшуюся дверь, чтобы её не хлопало ветром. — Вы так и будете стоять? — спросила я. — У меня ответственная должность. — Какая? — Не дать двери убить государственного подрядчика. Я невольно улыбнулась, но тут же заметила, что один из денников всё ещё не вычищен, и направилась туда. Роман последовал за мной. Первые полчаса он честно выслушал разговор о подстилке, затем вместе с управляющим обошёл конюшню и даже не предложил перенести дальнейшие дела на завтра. Настоящее испытание началось, когда привели молодую рыжую кобылу. Её должны были перевести в новый ряд, но она вдруг упёрлась перед проходом, широко расставила ноги и отказалась сделать хотя бы шаг. Конюх натянул повод. Кобыла вскинула голову, и я тут же остановила его. |