Онлайн книга «В темном-темном лесу»
|
— Понял, — кивнул Пафнутий. — Погоди маленько, я пирожков соберу. Когда гость приходит не с пустыми руками, он автоматически становится дорогим. Корзинку с выпечкой мой помощник вынес в сени к одной из чудесных дверей — той, что вела в дом на морском побережье. Географически эта славная каменная хибарка располагалась в нескольких тысячах верст от моего волшебного леса — на одном из маленьких островов южного моря. Таких островов в радиусе пятидесяти-шестидесяти верст было много — штук пятнадцать, и на одном из них обитал бывший правитель Навьего царства. Когда Трипетий Ермолаевич сообщил нам с Касьяном о своем намерении переехать на зарубежный архипелаг, лично я была очень удивлена. Мне почему-то казалось, что колдун, столетиями правивший нечистью и черными магами, выберет для себя менее жаркое и солнечное место. Свекор же, судя по всему, новым домом был вполне доволен, ибо сидел на своем острове безвылазно и гостей не очень-то жаловал. Когда мы со Славой попытались его навестить, старик терпел наше присутствие не более тридцати минут, после чего прямо попросил оставить его в одиночестве. Я же за время этого краткого визита успела по достоинству оценить красоты морского побережья, а потому через некоторое время сама возвела на одном из пустынных островов маленький домик, чтобы периодически отдыхать здесь от забот и хлопот. …Если над Русалочьим озером и моим зачарованным лесом еще разгоралось утро, то на островах солнце начинало клониться к линии горизонта. Жара была терпимой, а солнце — ласковым. Являться в гости к старому кощею без предупреждения я не рискнула, а потому, подойдя к кромке воды, послала ему ментальный сигнал с просьбой об аудиенции. Трипетий же будто меня уже ждал — через пару секунд прямо перед моими ногами появился узкий бревенчатый мостик, встав на который, я легко и беспрепятственно перенеслась на один из соседних островов. Свекра обнаружила сразу, как только ступила на белый песок побережья — он сидел на высоком деревянном помосте и ловил рыбу. — Здравым будьте, Трипетий Ермолаевич! Он поднял на меня глаза, кивнул головой. — И тебе не хворать, сношенька. За последнее десятилетие старый кощей совсем не изменился, разве что, сильно загорел. Впрочем, он все сорок лет нашего с Касьяном супружества находился в одной поре: худой, как щепка, лысый, с острыми скулами, крючковатым носом и впалыми голубыми глазами — по-юношески яркими и пронзительными. — Решила-таки навестить старика, Гликерия? — криво улыбнулся свекор, поднимаясь на ноги. — И гостинцев вам принесла, — кивнула я, протягивая корзинку с пирожками. Что ж, настроение у него, вроде бы, нормальное. Возможно, от моего визита будет толк. — Гостинцы — это хорошо, — Трипетий сложил удочку и принял из моих рук пирожки. — Однако я думал, что ты прибудешь раньше. — Некогда было, батюшка. Беда на наше княжество свалилась. Очень ваш совет нужен. — Про беду я знаю, — сказал кощей. — Хоть живу теперь далеко, а колебания магического фона все равно ощутил. Идем, Гликерия, в дом. Угощу тебя чем-нибудь съедобным, а ты мне о заботах ваших расскажешь. Он помог мне забраться на помост, и мы прошли по нему к самому дому. Миновали крошечные сени и ступили в большую просторную горницу, служившую Трипетию Ермолаевичу и спальней, и кухней, и кабинетом. |