Онлайн книга «Развод. Ржавая любовь»
|
Стыдно… как же мерзко. Представляю, что они обо мне говорили за моей спиной. Порой мы выступали на корпоративах. Лика меня и еще нескольких девочек отсылала домой или в отель, а остальные оставались. Да, у меня закрадывались мысли для чего. Но я думала это одинокие случаи и девушки просто хотят развлечься с понравившимися мужчинами. Лика… она развила такую деятельность, завела кучу знакомств, чтобы продавать свои услуги. И прикрывается тренерством. До сих пор не могу поверить. Я же восхищалась ею. Она мой кумир. Я так хотела быть на нее похожей. Считала даже не подругой ближе. Сестрой. Я хотела, чтобы она была с моим папой. Я мысленно выбрала ее, а не маму… А она… она… закрываю лицо руками и рыдаю. Мамин мужик ведет машину. Они о чем-то тихо переговариваются. Но я не слышу, не могу даже вникнуть в беседу, так меня кроет. Мне нужна мамина теплота, поддержка, но она даже в этот момент остается холодной жабой. А Герман… снова начинаю анализировать. Он же постоянно таскался с этими старушенциями. Его видели мои знакомые, мама, да я сама раз встретила его в торговом центре с какой-то страшной теткой. Он отошел в сторону и шепнул мне, что помогает маминой подруге. И я поверила! Даже мыслей не закралось подозрительных! Ведь где я, молодая и красивая, а где эта уродливая тетка? Он даже не посмотрит ни на кого. Я же все для него, даже всяким фишкам в постели училась, чтобы Герман знал — я во всем лучшая. И ни с кем ему так хорошо не будет как со мной. А он… он выбирал их… Как в это поверить? Я же во всем их лучше? Зачем ему эти бабульки? Ведь папа бы устроил его в свою фирму. Герман был бы обеспечен. И бизнес у него есть по ремонту техники. Тут же вспоминаю, сколько раз Герман приходил поздно ночью, или вообще не появлялся. Списывал все или на очень много ремонтов или на маму. При чем я же знала, что у него с мамой очень хорошие отношения. Тоже верила. Всему безгранично верила. Так зачем он стал таким заниматься? Может его вынудили? Шантажировали чем-то? Других объяснений его поступкам я не вижу. Да, скорее всего так и есть. Его загнали в ловушку, и он вынужден так действовать. Хватаюсь за эту догадку, держусь двумя руками, и она не позволяет полностью нырнуть в пучину боли и отчаяния. — Мам, нельзя такой быть. Я же твоя дочь, — всхлипываю. — Какой? — ловит мой потерянный взгляд в зеркале. — Ты прекрасно знаешь, как мне сейчас. Сама же пережила подобное. Но ни одного теплого слова я от тебя не дождалась. — У меня их нет для тебя, Люб, — следует ее жестокий ответ. Я раскрываю рот, и закрываю. Хочу возмутиться. А звуки застревают в горле. — Это… это… — так и не нахожу подходящих слов. — Подумай, почему их нет. Я больше не намерена объяснять тебе очевидные вещи. — Остановите! Немедленно! — толкаю ногой водительское сиденье. — Не хочу больше с вами в одной машине находиться! Ты мне противна, мама! И твой мужик тоже! Думаешь, поймала лоха, и он на тебя клюнет! — зло хохочу, — Так вот, очень скоро он тебя вышвырнет. И тогда я посмотрю, как ты будешь барахтаться не нужная ни ему, — киваю на гада, — Ни папе! Машина останавливается и я, заливаясь слезами и хохоча, представляя, как мама скоро получит по заслугам, бегу прочь. И я прекрасно знаю направление своего маршрута. |