Онлайн книга «Развод. Двойная жизнь моего мужа»
|
— Это неизбежно, — выгибается как кошка, проводит ладонями по своему телу. — А все остальное, только твоя упертость. — Ты зачем Ксю хамила? Доставала ее? Конечно, он сразу поверил жене. Но не мог в этом признаться. Виолетта и не на такое способна. — Это было весело, — встает с дивана и медленно к нему приближается. — Она так бесилась. Смотрела, как я ем из общей тарелки и офигевала. И это ее дезориентировало. Она меня не выгнала. И мы дождались тебя, — садится на подлокотник кресла, гладит его по щеке. — И заметь, я представилась родственницей, твои тайны не выдала. Серж вскакивает с кресла. Находится с ней в такой близости, то еще наказание. — Она беременна! Ты в своем уме?! А если бы ей навредила? — Я не знала, то ты успел ее обрюхатить, — невинно пожимает плечами. — Только это уже ничего не меняет. Она тебя выставит. И ты придешь ко мне. — Ксюша станет матерью Родиону! — Серж сжимает кулаки, подавляя желание придушить гадюку. — У Роди есть я. — Ты ему не мать! — выкрикивает и ударяет кулаком в стену. — Не та мать, что родила, а та, что воспитала. И другой матери у Роди не будет, только я, — отвечает без привычных ужимок, спокойно глядя ему в глаза. Глава 17 — У него и родная мать имеется, — выпаливает Серж и тут же прикусывает язык. Не стоило затрагивать скользкую тему. Виолетта мгновенно бледнеет, ее передергивает, ярко-зеленые глаза вспыхивают. — Не упоминай ведьму! — потом суеверно, что ей уж абсолютно не свойственно, по сторонам оглядывается. Будто за ними кто-то наблюдает. — А ты не зарывайся! Какого ты все усложнила?! — Я сколько я буду покорно ждать? Сколько еще мне надо ради тебя сделать, чтобы ты понял своей башкой, что лучше чем я, тебе никто не подойдет! Или… — подозрительно щурится, — Ты на благосклонность ведьмы все еще рассчитываешь? — Нет, — поспешно отвечает и отводит взгляд. Если Ви узнает, что он до сих пор с биологической матерью Родиона отношения поддерживает, она и себя потопит, и его за собой утянет. — Смотри мне, — скалится, показывая ряд ровных виниров. — Я Синичкина терпела и столько лет угробила не для того, чтобы ты и дальше в ее сторону смотрел. Я-то выпутаюсь, а тебя с грязью смешают и затопчут. И никто тебе уже не поможет. Не ходи, Сергуня, по тонкой грани. Там жернова с острыми зубьями, перемелют тебя в фарш. — У меня жена, Виолетта, — переходит на более твердую почву. Тут он себя уверенней чувствует. — И я не собираюсь от нее отказываться. У нас дети. Она беременна. — Нет у тебя уже жены. Там сам еще не понял, но Ксения не дура. Она быстро тебя раскусит, а твоя цербер-мамаша ей поможет, — Ви удовлетворенно потирает руки. — А мы с Родей примем тебя с распростертыми объятиями. А чтобы совесть твоя чиста была, я лично отстегну Ксении такую сумму, что ей на всю жизнь хватит и на внуков останется. Ну и алименты за тебя готова платить. Счастливчик ты, Сергуня! Какая баба еще за тебя так впишется? А не ценишь, — качает головой. — Я не уйду из семьи, — стоит на своем. — Ви, я тебе благодарен… за многое… Но я никогда тебе не обещал, что буду с тобой, что брошу Ксю. Оставь мне Родиона. И иди строй свою жизнь. Ты молодая красивая. Все у тебя будет. — Ага будет, — кивает, — С тобой. Но так и быть, — закусывает нижнюю губу, хитро подмигивает, — Я оставлю Родю. И попробуй договориться с женой, — смеется от своих же слов. — Убеди ее простить твой левак и ребенка на стороне. |