Онлайн книга «Семья в долг»
|
Тогда в луже я не позволила себе испортить момент, а сейчас, о ком Стас заботится? Обо мне… или о ней? Боюсь, что верный все же второй вариант. И это больно… сердце сжимает колючая проволока, и я чувствую, как шипы оставляют кровоточащие раны. А ведь мне нельзя к нему проникаться, даже мысли допускать. Даже предполагать малюсенькую возможность… Потому что ее нет. Мы живем в двух разных мирах, и даже если кажется, что мы пересеклись – это лишь иллюзия. А когда она разобьется, осколки полетят в меня, уничтожат, заставят захлебнуться в отчаянии. После эйфории всегда наступает тяжелое похмелье, и сейчас пусть не до конца, оно ко мне приходит. Я все еще хочу продолжения поцелуя, но понимаю, что так еще больше погрязну в иллюзиях. Стас замер слишком близко от моего лица. Не двигается и только его дыхание опаляет, переносит в события пятиминутной давности. — Спасибо, - плотнее закутываюсь в одеяло. Отвожу взгляд, мне сейчас тяжело на него смотреть. Он словно все понимает. Отстраняется и садится за руль. — Скоро будем дома, согреешься. И меньше думай, тебе это сейчас ни к чему, - голос звучит ровно, но в нем улавливается едва заметная грусть. Понимаю, к чему он клонит. И если бы не мое теперешнее состояние, я бы уже закипала от злости. Но лучше сейчас по горячим следам все выяснить, и хоть что-то для себя понять. — Мне надо разобраться, - перехожу на неприятную тему, но так лучше, надо избавиться от наваждения, - Если Ваня не продавал квартиру из-за операций, то кто оплатил все? Откуда деньги? Ты выяснил? — Он платил, - рычит в ответ. Замечаю, как руки сжимаю руль. — Как? — Он принес бабки налом. Откуда он их раздобыл, непонятно. — Может… он выиграл? — Все ее ищешь ему оправдания, - фыркает. — Просто не понимаю, если он был в долгах от проигрышей, то, как… Хотела бы я задать мужу все эти вопросы. Только что-то мне подсказывает, если человек мне врал в глаза столько лет, то правды от него я точно не дождусь. — Пока я этого не выяснил. Но будь уверена… разберусь, - в голосе стальная решимость. Он не успокоится, пока не раскопает все. А вот что мне сулят эти раскопки? Предчувствие подсказывает – очередные страдания. — Зачем? Стас, ты все еще веришь, что я… это она? Там… когда ты меня… - язык не поворачивается произнести слово «поцелуй», словно если скажу вслух – это станет реальностью, откроет для меня дорогу соблазнов. – Ты представлял Викторию… Резко съезжает на обочину. Выходит из машины и садится рядом. Берет меня за подбородок, поворачивает лицо к себе, ловит в капкан взгляда. -Лен, давай без прошлого, мужей, жен… - его губы так близко, - Есть просто ты и я. — Ты сказал «Ви»… - язык заплетается, его близость дурманит. — Ты и я… дай нам время, - слова опутывают паутиной, лишают способности двигаться, соображать. Гладит большим пальцем мою скулу, и я плыву, таю. Снова попадаю под его власть и не хочу, чтобы это заканчивалось. — Зачем... – не дает договорить, кладет палец мне на губы. — Ответы будут. Не торопи события, - нежное едва уловимое прикосновение к кончику носа, губам. Дрожь пробегает по телу. Стас резко отстраняется. Вновь садится на водительское сиденье. Остаток дороги едем молча. Каждый погружен в свои мысли. |