Онлайн книга «Развод в 47. Я тебя никогда не любил»
|
Глава 65 Оля — Мам, ты знаешь, что с папой? — звонок Эрики застает меня в помещении, когда я показываю работникам, которых наняла, фронт работ. — Нет, — делаю знак мужчинам, отхожу в маленькую комнату и закрываю за собой дверь. — Ты новости не читаешь? — Неа. Не хочу. Мне нормально и без этого, — отвечаю беспечно. После передачи прошло пару дней, я не заглядывала в интернет не читала комментарии. Мне было чем заняться, а портить себе настроение, вникать во все это снова. Не хочу. После передачи мы с Эрикой проговорили всю ночь. Разговор был тяжелым, болезненным и очень нужным. Дочь была со мной откровенная. Рассказала, как все произошло. Как она повелась на предложение отца. Как ее обрабатывала Злата. Только сейчас Эрика смогла понять всю картину целиком. Она раскаивалась. Я ей поверила. Мы рыдали с дочерью навзрыд. Впервые после расставания с Владом я позволила слезам литься из глаз. И в ту ночь они очищали, даровали избавление и спокойствие. Мне было хорошо с дочерью. Я радовалась ее осознанию. Оно окрыляло и дарило веру, что все еще в жизни возможно. Хоть понимаю, что у нас еще очень много работы впереди. То, что было разрушено предательством за одну ночь не восстановить. Но мы созваниваемся каждый день. Дочь уже поговорила с мужем, и они подали заявление на развод. Она извинилась за свою ложь, а Давид просит у Эрики шанс спасти брак. Он ее любит. А она его нет. Паршивая ситуация. Но Эрика сама должна разобраться со своими отношениями, третий там точно лишний. — Свадьбу папы с Азалией отменили. И я ни до кого из них не могу дозвониться. А уже пять часов вечера! — Эрика, возможно, передача свою роль сыграла. Или твой отец воссоединился со Златой. Причин может быть много. — Да я понимаю. Но все равно тревожно, — вздыхает. — Папа, он плохо поступил, и я на него злая, и на себя. Но я все равно его люблю. Он мой отец, — говорит, словно извиняется. — Доча, я никогда не требовала от тебя перестать любить отца. Влад твой отец и им останется. Не переживай, думаю, скоро он объявится, — успокаиваю ее. — Надеюсь. На связи, мам! Прощаюсь с дочерью и выхожу к рабочим. Встретились мы сегодня поздно, раньше я не могла, весь день провела с Жанной и Димой. Мы гуляли, веселили Жанну, и обговаривали ситуацию. После передачи Ира позвонила мне и снова наговорила гадостей. Сказала, что я сломала ей жизнь. Подставила прекрасную Злату. И все испортила. Что я не мать, раз не смогла заткнуться и тихо сидеть. Она еще орала матом, срывалась на вопль, я просто положила трубку. Больно… Ира продолжает катиться по наклонной вниз. Она постоянно звонит Диме и пытается с ним торговаться, не оставляет попыток выбить что-то для себя. И ни разу не спросила, как ребенок. А вот Жанна спрашивает про маму, не так часто, и без вселенской тоски, но все же помнит и ждет. От этого тоже сердце сжимается. Я уже сомневаюсь, что когда-то моя старшая дочь свернет с кривой дороги. Ужасно это осознавать. Отгоняю грустные мысли. У меня в планах как можно быстрее открыть фитнес центр. Во мне кипят идеи, и я жаду из воплощения. Не позволяю себе зарыться в боли и сожалениях о том, что исправить не в моих силах. Погружаюсь с головой и обсуждение рабочих моментов. И не замечаю, как пробегает два часа. |