Онлайн книга «Развод в 47. Я тебя никогда не любил»
|
— Но Николай ничего не дарил. А вот не так давно скончался Симонов Петр. Очень влиятельный человек, в прошлом так вообще главный конкурент вашего свекра. А потом они как-то стали вместе работать, Симонов поддерживал Андрея Степановича во всех проектах. Так вот Симонов, имея семью и детей, почему-то оставляет большую часть состояния Давиду, который по документам никем ему не является. Семья сидит тихо, в прессе информации нет, — адвокат разводит руками. — Наталкивает на определенные мысли, да, Ольга Петровна. — Определенно, — соглашаюсь. — Пойдем дальше, — адвокат вытаскивает на стол еще одну папку. — Азалия Николаевна Меркушева, младшая дочь. На данный момент она владеет большим пакетом акций крупнейших компаний на нашем рынке, которые так же являются партнерами нашего Андрея Степановича. Получила она их в наследство от Копылова Геннадия, который покинул сей бренный мир три года назад. В прошлом также крупного игрока и конкурента вашего уважаемого свекра. После рождения Азалии произошло их примирение и появились совместные проекты, зачастую не слишком выгодные для Геннадия. Копылов никогда не был женат, детьми официально не обзавелся. И отчего-то оставил большую часть Азалии, с которой как бы никаких пересечений у него не имеется. И снова никаких громких заявлений в прессе. Все тихо. Не находите некоторые закономерности? — хитро прищуривается. — Выходит, мой свекор подкладывал Злату под нужных ему людей, — говорю хрипло. Подобной информации я не ожидала. — Факты указывают на это. А ваш супруг планирует жениться на девушке с нехилым таким состоянием, в то время как у самого Владислава по факту за душой ничего нет. Все чем он управляет — это добрая воля его папеньки. Но в любую секунду Андрей Степанович может сменить милость на гнев. И с чем остается Владислав? — С дыркой от бублика. По крайней мере, пока жив его отец. — Андрей Степанович на тот свет пока не собирается. Как я гляжу по его активности, — усмехается мужчина. — А Николай? — сразу же перед глазами всплывают его глаза. До сих пор мурашки по коже от концентрации страха в них. — Я накануне с ним встретилась в городе случайно. И он мне рассказал, — пересказываю наш с ним разговор. — Так, теперь его слова, что Злата не даст Владу, приобретают другой смысл. Неужели Андрей Степанович установил запрет на амурные дела с его сыном? — Логично, — адвокат энергично кивает. — Судя по фотографиям, уважения у него к ней ноль целых ноль десятых, и ему, вероятно, не хотелось, чтобы сын пачкался. Возможно, были и другие мотивы, учитывая размах интриг Андрея Степановича. Уверен, мы лишь увидели верхушку айсберга. — Так чем он держит тогда мужа Златы? — Мне известно, что отец Николая тоже был одним их спонсоров многих соревнований, тоже крутился в вашей среде. Ну и имел успешную фирму, которую его сын унаследовал. Но четкого ответа дать вам пока не могу. У меня был не так много времени. На данный момент Николай работает с вашим мужем. Признал чужих детей. Явно его держат крепко. — Жесть, — обхватываю голову руками. — В какой клоаке я жила… Интересно, Влад в курсе, за кого держат его любовную-любовь? Память услужливо напоминает недавние слова Эрики… — Он в курсе! — аж со стула поднимаюсь на эмоциях. — Если не все, то многое знает! И втянул наших дочерей… Эрика точно что-то знала, — размышляю в слух. — Слишком уверенно она говорила про их грандиозные планы с папой! |