Онлайн книга «Развод в 47. Я тебя никогда не любил»
|
Влад ругается, грязно и громко. — Слушай, прекрати выражаться как портовый грузчик при даме, — Макс встает из-за стола. Его фигура в полный рост настолько внушительно, что Влад кажется, в сравнении с ним совсем крохотным. Хоть я никогда не считала бывшего низкорослым. — Прошу прощения, — Влад расплывается в улыбке. — Я вас узнал, всегда за вас болел. Максим Жаров — легенда! И вот мне интересно, а что же вы делаете с моей супругой? — тон наигранно приторный. — Бывшей, — едко замечаю. Влад ведет плечом, словно отбрасывает от себя мое слово. — Я автографы сомнительным личностям не раздаю. У нас прекрасный вечер, а вы его портите своим присутствием. Удалитесь, — в последнем слове рычащая угроза. Влад же вытягивает шею, хорохорится. — Вы невоспитанный мужчина. Перед вами беременная женщина, а вы так грубите! — возмущается Азалия. — Невоспитанно прерывать разговор. Вижу, вы по-хорошему не понимаете, — Макс делает жест рукой. — Оль. Нам нужно поговорить, к чему этот спектакль! — осуждающе качает головой бывший. — Мне нужно, чтобы ты сгинул с глаз моих. Будет суд, вот там и поговорим. Через несколько секунд около нашего столика возвышается охранник. — Проводи девушку к выходу, — Макс кивает за Азалию. — А я пока мусор вынесу. С этими словами он молниеносно оказывается около Влада, поднимает его за ворот пиджака и словно букашку несет к выходу. — Я это так не оставлю! Это произвол! Ты еще за это ответишь! Немедленно отпусти меня! — пищит Влад. — Пройдемте, — охранник становится между мной и Азалией. — Сервис ниже плинтуса. Мы больше к вам не придем! — фыркает она. — А вас никто больше и не пустит, — охранник подталкивает ее к выходу. Азалия оборачивается, хочет мне что-то сказать. — Пикать никто не разрешал, — цыкает на нее охранник. Я остаюсь за столиком одна. И так хочется душ принять. Меня будто грязью облили. Азалия беременна… как я должна на это реагировать? Никак. Я стараюсь об этом не думать, я очищаю свои мысли от прошлого. Он сделал выбор, пусть воспитывает ребенка, дальше облизываясь на Злату. Просто пусть это все будет дальше от меня. Поистине предательство убивает любовь. — Извини, что задержался, — Макс возвращается за столик. — Надеюсь, я все правильно понял? Не обидел дорогих тебе людей? — глаза вновь добрыми, искрящимися становятся. Смотрю на него и смеюсь. Заливисто, что остановиться не могу. — Что? — Макс выгибает бровь. — Просто я не так давно именно так и сказала охраннику, что надо мусор вынести, указывая на Влада. Так что ты все правильно сделал. — О так, ощущение мусора у меня правильное, — смеется со мной в унисон. — Это он тебя на эту променял? — тут же смех обрывается, мрачнеет. — Прости. — Ничего страшного. Да, его невеста. И как мне сообщил бывший, он меня никогда не любил. Он все еще по Злате сохнет. Помнишь такую? При упоминании этого имени мужчина напрягается всем телом, по лицу проходит волна отвращения. — Лучше бы не помнил, — морщит нос. — Помню, как вы соперничали. Она всегда тебе проигрывала и страшно бесилась. И если бы не тот случай… ты бы блистала, я в этом не сомневаюсь. Я был на соревнованиях, когда с тобой это случилось. Потом хотел помочь, узнавал у врачей как ты. Даже пришел в больницу, а вы с этим в обнимку сидели. Ну я и подумал, что нечего мне лезть. И денег у меня тогда не было на лечение… стыдно… Оль, за все так стыдно, — взгляда не отводит, и в его глазах столько горечи и сожалений. |