Онлайн книга «Развод в 50. Начать сначала»
|
В этот момент у Шилова телефон вибрирует. Он достает гаджет. Смотрит на экран. — Первый шаг доказательства моей лояльности, — переводит взгляд на меня. Принимает вызов. — Добрый день, Леонид, — и включает громкую связь. Глава 31 — Виталий, доброго здоровья! Хочу вас обрадовать, у нас все идет по плану. Развод не за горами, а значит и свадьба, — голос сына звучит бодро. Мы с Алексеем переглядываемся. «По плану»… Ну-ну… — Я не говорил с Ариной несколько дней. А вот это странно. Я облила Арину, она по идее должна была сразу же отцу нажаловаться. А не позвонила Шилову. В разговоре он ни слова об этом не упомянул. Или не знал, или не счел важным, ведь на кону были куда большие перспективы. — Уверен, она очень скоро вас обрадует. — А мать ваша как новость восприняла? — Шилов тоже общается вежливо. Голос ровный, спокойный. — Ой, об этом вообще беспокоиться не стоит. Как я вам говорил, она пойдет на все наши условия. И мой отец щедрый человек, точно ее не обидит. Ну и будем честны, много ли ей надо в ее возрасте, — у Лени смешок вырывается. Гадкий такой противный. — Я вообще-то старше вашей матери на пару годков, и знаете Леонид, в моем возрасте мне еще многое нужно, — Шилов брови вверх поднимает морщит лоб. Понимаю, что он выводит Леню на разговор, чтобы я все слышала. А я чувствую, как с каждым словом сына меня окатывает новой порцией помоев. Этот его голос полный легкого пренебрежения, когда речь обо мне зашла. — Ну вы сравнили, — гадкая усмешка. — Вы активный, деловой человек, и моя мать, которая давно погрязла в рассаде на даче. Ее уже ничего не интересовало. На мужа внимания не обращала. Ушла в себя. Вот мы и создадим ей все условия. Да и что мы все о ней. Не стоит она этого. У меня есть темы куда интереснее для беседы. — Кстати о даче, я слышал она сгорела, — небрежно бросает Шилов. — Да, несчастный случай. А скорее всего, мать недосмотрела, газ не выключила или еще что. Вот и последствия ее невнимательности, — голос Лени ни на ноту не изменился. — Но мы ей все компенсируем. Никто ее не оставит на произвол судьбы. Мы же понимаем, что без нас она пропадет. Потому это, так сказать, наша ноша и ее нам нести. Вот теперь мне хочется отмыться. Тереть тело мочалкой. Промыть уши. Лишь бы этого все с себя скинуть. — И тем не менее ваша мать владеет патентами. Как с ними дела обстоят? — Отлично. Она все подпишет. Я вам говорил, это вопрос времени. В связи с чем и нам стоит поторопиться. Я уже веду переговоры, про покупку помещений и оборудования. Нашей сети омолаживающих клиник не будет равных. У нас есть то, чего нет у конкурентов, — тут голос сына меняется, он начинает говорить с придыханием. — Вообще-то этого нет и у вас, Леонид. — Хм, я бы так не сказал, Виталий. У меня есть гораздо больше, даже без подписи моей матери. Я вам говорил, что сотрудничество с вами откроет для вас новый уровень и невероятные перспективы. Мы порвем этот рынок. Станем королями. И никто не сможет до нас дотянуться, — а тут голос сына становится пафосным. Тошно… это мой ребенок. А то, что он творит. Хотела бы сказать, не болит. Но я мать, и ощущаю эти удары. И даже благодарна им, глаза открываются. Лучше все знать и слышать, чем жить во мраке. — Интригуете, Леонид. Что же у вас есть? — Шилов спрашивает, не скрывая любопытства в голосе. |