Онлайн книга «Королева Виктория. Женщина, правившая Империей»
![]() В те годы Викторию иногда тревожила мысль, что ее счастье может оказаться недолгим. Ей хотелось остановить время. Однажды, в канун Нового 1848 года, сидя одна в своей комнате, она писала:
Виктория рожала одного ребенка за другим, не прекращая работать. Она поклялась стать лучше ради мужа. Но ее отношение к своим обязанностям, к детям и к тем разрушительным переменам, которые материнство принесло ее телу, все время колебалось. Она была крепка телом, но постоянно измотана, боготворила Альберта, но часто обижалась на него, гордилась своей семьей, но все больше тяготилась необходимыми жертвами. Сила и триумф Виктории как монарха зиждились на ее обыкновенности как матери и на ее очевидном счастье как жены. Она была Домашней королевой – и за это ее обожали. Но все это время в ее сердце росло и крепло чувство несправедливости женской доли – то, что она сумеет выразить словами лишь тогда, когда сама станет бабушкой. Хуже всего были физические последствия. Изнуренность Виктории видна по ее растущему отвращению к телесной стороне материнства. Она не писала о боли, дискомфорте или повреждении своего тела в своем дневнике, но беременность, по ее словам, заставляла ее чувствовать себя животным. Виктория испытывала «совершенно непреодолимое отвращение» к грудному вскармливанию. Она была в ярости, когда ее дочь Алиса решила сама кормить своих детей, и вскоре телку на молочной ферме в Балморале назвали Принцессой Алисой. Виктория считала это вульгарным и неподобающим для женщин высшего общества. Она также считала, что это несовместимо с выполнением общественных обязанностей – что, возможно, звучало убедительно в те дни, когда еще не существовало молокоотсосов. До появления в продаже детских смесей в 1860-е годы большинство женщин в викторианском среднем классе и даже аристократы сочетали грудное вскармливание с животным молоком или протертой пищей, пока ребенку не исполнялось несколько месяцев. Кормилицы стоили дорого и вызывали подозрения – им приписывали дурные нравы и опасались, что они «испортят» ребенка. Но Виктория не колеблясь нанимала их, полагая, что для ребенка будет лучше, если его кормит женщина попроще, «ближе к природе». Она вызвала первую кормилицу своего старшего сына, Мэри Энн Бро, с острова Уайт, чтобы та кормила принца Уэльского, когда она еще рожала[7]. При всем своем привилегированном положении королева, как и другие женщины, не имела никакого контроля над мучительным, часто изнуряющим процессом деторождения. Восемь из десяти женщин рожали менее чем через год после свадьбы, как и Виктория. В среднем англичанки того времени были беременны или кормили грудью около двенадцати лет своей жизни; Виктория провела в этом состоянии шестнадцать. Тем не менее Виктория произвела на свет почти вдвое больше, чем в среднем (5,5 ребенка) в ту эпоху. Многие историки замалчивают это достижение, игнорируя физические и эмоциональные потери, которые она понесла, беспомощность, которую это породило. В одном из писем дочери Виктория писала, что деторождение – это «совершенное насилие над всеми чувствами приличия (которые, как Бог знает, и без того подвергаются достаточному потрясению уже одним браком)». |
![Иллюстрация к книге — Королева Виктория. Женщина, правившая Империей [book-illustration-9.webp] Иллюстрация к книге — Королева Виктория. Женщина, правившая Империей [book-illustration-9.webp]](img/book_covers/141/141033/book-illustration-9.webp)