Онлайн книга «Королева Виктория. Женщина, правившая Империей»
|
Затем встал вопрос о старшинстве. Виктория хотела, чтобы Альберт был помещен после нее в официальную иерархию страны, что означало, что он будет следовать за ней в официальных процессиях, но ее дяди и лидеры тори возражали. Виктория вновь пришла в ярость: «Бедный дорогой Альберт, как жестоко и дурно они используют этого самого дорогого Ангела! Монстры! Вы, тори, будете наказаны. Месть, месть!» Она обвинила герцога Веллингтона, который поносил религию Альберта в парламенте и не поддержал предложение о более высоком содержании для него. Со стороны Мельбурна потребовались значительные уговоры, чтобы получить приглашение для герцога на ее свадьбу, и даже тогда Виктория разрешила ему прийти только на церемонию, а не на свадебный банкет. Альберт был интровертом и не привык открыто выражать свои чувства. Как он признался Виктории позже в том же году: «Я (увы!) по натуре довольно холоден, и нужно что-то очень сильное, чтобы меня тронуть». Тем не менее он писал своей невесте много писем, полных заверений в любви, изо всех сил стараясь ответить на ее пылкость. 30 ноября он отправил из Кобурга особенно длинное, сбивчивое письмо:
Альберт тревожился, когда письма Виктории задерживались на девять дней из-за ненадежной почтовой службы. Его любовь была подлинной. Но за сладостными признаниями иногда следовали резкие слова. Когда дело дошло до двора, Альберт попытался настоять на своем, особенно в отношении людей, которые должны были составить его свиту. Альберт отчаянно пытался гарантировать, что они будут не просто вигами, принадлежащими к партии, с которой была связана его будущая жена, но и порядочными, уважаемыми и умными людьми. «Если я действительно должен оставаться вне партий, – писал он, – мои люди не должны принадлежать исключительно к одной стороне… прежде всего я хотел бы, чтобы они были хорошо образованными и высоких нравственных качеств». Альберт с презрением отверг предложение о том, что личный секретарь лорда Мельбурна должен быть его казначеем: «Я ничего не знаю о мистере Джордже Энсоне, за исключением того, что видел, как он танцевал кадриль». Альберт проводил свою кампанию в течение нескольких недель, убеждая Викторию по крайней мере позволить ему, человеку, который оставлял свой родной дом, выбрать людей, которые будут рядом с ним. Разве не важнее было угодить Альберту, чем мистеру Энсону? Альберт настойчиво писал:
|