Онлайн книга «12 тайн»
|
Я спускаюсь вниз еще затемно – сварить свою первую чашку кофе. Взяв блокнот, который всегда оставляю в кухне, я начинаю намечать основу будущей статьи. Теперь я понимаю, что абсолютно уверен: мама не принимала рокового решения покончить с собой. Чтобы прочистить мозги перед завтраком с миссис Вокс, я выхожу на пробежку. В парке еще тихо, и после беспокойной ночи прохладный утренний воздух освежает. Я сворачиваю на погруженную в туман конскую тропу – мост Хадли едва виднеется вдали. Лица Мадлен и мамы потихоньку отступают на задний план… и тут около моего плеча внезапно возникает Нейтан Бевин. Последние две-три недели мы с ним несколько раз встречались, когда он играл в футбол с Максом Райтом, и перекидывались парой фраз. Сейчас он бежит рядом, и мы обмениваемся стандартными репликами, но я быстро чувствую, как непросто мне поддерживать его спортивный темп. — Повезло тебе жить в таком месте, как Хадли, – говорит он, когда я уже начинаю жалеть, что выбрал этот маршрут. – Люблю бегать вдоль реки. Ты тут всю жизнь прожил? Я смотрю на него искоса и поднимаю брови. Если даже раньше он не знал моей истории, Сара должна была его просветить. — Прости, – откликается он. – Я был не совсем уверен… — Не расстраивайся, все в порядке. Меня больше удивляет, когда люди действительно ничего не знают. — И часто такое случается? – спрашивает он. — К сожалению, редко. — Тебе никогда не хотелось переехать? — Я уезжал ненадолго после маминой смерти, путешествовал с другом. Но здесь я по-прежнему чувствую себя дома. К тому же, как ты верно заметил, тут приятно жить. Некоторое время мы молчим, и я могу перевести дыхание. Я бегу медленнее, надеясь, что Нейтан меня обгонит, но он держится со мной вровень. — А ты, похоже, тут обосновался? – спрашиваю я, прерывая молчание. Нейтан краснеет. И не потому, что утомился от бега. — Сара классная. И Макс. Мне нравится, когда они рядом. Мы бежим дальше, увеличивая скорость; я с трудом поспеваю за ним. — Приходи вечером в бар, – предлагает он. – Макс будет у отца, так что и Сара сможет вырваться. — Сегодня вряд ли получится, – отнекиваюсь я. — Выпивка за счет заведения. — Там видно будет. — А ты его знаешь? — Кого? — Отца Макса. — Джеймса? Здоровался при встрече. Когда он тут жил, то держался особняком. — А в школе ты с ним не учился? Он же вроде ходил в местную гимназию? — Да, но закончил ее года за два до моего поступления. Он ведь старше меня лет на десять. — Он еще был школьником, когда твой брат?.. Я снова киваю. — И даже старшим префектом[7]. — Вы с братом были близки? Устав от расспросов Нейтана, я даю отработанный ответ: — Как это принято у младших братьев, я его почти боготворил. Мне и сейчас порой трудно говорить о нем. Нейтан снова краснеет. — Прости, – говорит он. Извинившись, я поворачиваю к дому. Глава 26 Если задать в Сети поиск по Нику или Саймону, то первым всегда выскакивает их фото с Лангдон и Фэрчайлд в ричмондском регбийном клубе. Это фотография, которую все помнят: она обошла все газеты после убийства и потом еще раз после маминой смерти. Рвущий сердце образ, который связывает две наши семьи. Снимок был сделан всего за несколько недель до смерти мальчиков, в день финального матча школьного чемпионата по регби. В том году старшая команда гимназии Хадли впервые в своей истории вышла в финал; ее капитаном был Джеймс Райт. Младшую возглавлял Ник. Ник привел свою команду к победе с перевесом в сорок очков, а старшая команда прервала восьмилетнее царствование школы Герцога Туикнемского в региональном чемпионате. Я входил в группу поддержки, мы скандировали, сидя на трибуне, и моей гордости не было предела. В конце игры мы вскочили и побежали на поле. Когда ликующие команды собрались для получения призов, всех победителей сфотографировали. Были сделаны снимки празднования победы с друзьями и близкими, включая тот, где Ник и Саймон стоят рядом, обняв друг друга за плечи и улыбаясь во весь рот. И еще один, где к ним присоединились Лангдон и Фэрчайлд; от этой картины меня по-прежнему – даже двадцать лет спустя – бросает в дрожь. |