Онлайн книга «Рюрик. Сын Годолюба»
|
Рада изменилась в лице – но ответила довольно спокойным тоном, без особого яда в голосе: — А разве ты, Харальд, отправил сватов к моему брату, Дражко, старшему мужчине в моем роду? Разве он дал тебе добро жениться на мне? Клак угрюмо промолчал – а славянка с усмешкой (впрочем, явно грустной) неожиданно добавила: — Да и я что-то не помню, чтобы ты просил меня стать твоей женой. Ярл немного помолчал – ведь сам он был уверен, что его чувства и намерения понятны девушке… Наконец, собравшись с духом, он выпалил главное: — Даны не примут моей жены-славянки. Пока она не подарит мне сына, не примут… Рада поперхнулась яблоком, в изумлении воззрившись на Харальда: — Разве не свадьба и брачный пир предшествуют зачатию детей?! Что же выходит, ты хочешь меня… А уже потом, если только я понесу и рожу сына, соизволишь позвать в жены?! Да не бывать тому! Девчонка в возмущении швырнула в лицо Харальда недоеденное яблоко; Клак увернулся – но не заметил, как небольшой нож, коим славянка нарезала яблоко, исчез в рукаве ее платья… Остаток пути одолели молча; разочарованию Харальда не было предела – не иначе поэтому он не сумел сегодня загарпунить ни одной рыбины. Лишь бестолково бил рогатиной по воде, пока мрачно молчавшая Рада, нахмурившись, неотрывно смотрела в пламя… Вымокнув и окончательно замерзнув, Клак в раздражении отшвырнул острогу и двинулся к огню, надеясь произнести хоть что-то доброе, ободряющее, тем самым растопив холодок отчужденности… Но тут из-за стены деревьев, окружающей бухточку, показались люди. И тотчас послышался намешливо-злой голос: — Надо же! Мокрая ворона растеряла весь свой грозный вид! Неужели любитель славянских потаскух отважился покинуть Хедебю без хирда – и старшего брата? Неужто она так хороша?! Харальд вначале не поверил своим ушам – и только когда трое данов вышли на открытый участок, приближаясь к костру, он догадался, что это те самые участники драки, коих Ануло изгнал сегодня из града! Тотчас Клак осознал и свой просчет: вместо того, чтобы сразу же прыгнуть в лодку вместе с Радой и уходить на веслах, он промедлил, не в силах поверить в столь чудовищную дерзость… Гнев на несколько мгновений возобладал над здравым смыслом – во многом потому, что ярл весь день копил в душе раздражение. А потом бежать стало просто поздно, даны подобрались на бросок топора… Всего трое – очевидно, раненных славянами сородичей оставили в лесу. И вот что характерно – хоть Ануло и отобрал все имущество у участников драки, им позволили покинуть град с тем, что имели при себе. Таким образом, два топора на троих у северян имеются – правда те держат их за поясами… Но что помешает обозленным изгоям пустить их в ход, отомстив брату своего обидчика? А заодно вдоволь покуражась над ободриткой – ведь кого еще, как не славян, им обвинять в своем несчастье?! — Рада. В лодку. Плыви. Харальд обратился к девушке на родном для нее языке, заговорив со стороны спокойно – но обмануть нежданных гостей не удалось. Услышав речь Клака на незнакомом наречии, двое данов все же потянулись к секирам, еще один взялся за рукоять скрамасакса… — Прикажи своей девке раздеться. Пусть ублажит нас получше – может, перережем ей глотку не сразу! А ты, Ворон, даже не вздумай дергаться – мы получим от Ануло больший выкуп, если твою шкуру не придется подпортить, хахах! |