Онлайн книга «Рюрик. Сын Годолюба»
|
Перебив всех, кто не успел занять своего места в строю, конные франки принялись кружить вокруг «ежа» данов, словно свора голодных волков – норовя поразить хирдманов уколом копья или срубить кого из дренгов добрым клинком! Мечи, правда, есть не у всех – но у кого есть, немедленно пускают их в ход… Всадников оказалось не столь и много, всего-то около трех десятков – к тому же враг понес потери. Но когда последний хирдман нашел свое место в строю, сцепив свой щит с щитами соратников, от всей дружины Клака осталось чуть больше половины… Понял ярл и другое – в плотном строю хирдманов, защищенных щитами и ощетинившихся копьями, франки их не достанут. Вот только и отступить к драккарам в этом строю даны не смогут! А между тем не все фризы пали в бою – и вожак кружащих вокруг «ежа» франков что-то резко прокричал ополченцам. Повинуясь его зову, лейданг (после сечи уцелело не больше десятой его части) потянулся к застрельщикам, так и не вступившим с северянами в ближний бой! Что собственно, увеличило отряд уцелевшего хольда фризов до двух десятков воинов – и те неспешно двинулись к драккарам, смыкая щиты в скьялборг. Против десятка лучников ободритов этих сил фризам вполне хватит… Смертный холодок тронул загривок Харальда, осознавшего всю опасность своего положения – ведь если фризы захватят драккары, то что помешает им поджечь корабли? Еще неизвестно, успеет ли подойти Ануло к полудню – да и кто из хирдманов останется к тому времени в живых?! Вон, одного несчастного только что достали точным уколом копья – франк умело ударил в самый край щита, провалив защиту казалось бы, опытного бойца… Вот только для более точных, выверенных уколов всадники замедлились, перестав кружить на скорости и наносить невпопад одни лишь хаотичные удары. Поверили в собственную неуязвимость?! Очень зря. Лошадь одного из франков достал ответный выпад копья, ранив отчаянно завизжавшее животное в грудь… И вот тут до Харальда дошло, как можно противостоять едва ли не замершим на месте всадникам, позволившим перевести дух своим скакунам: — По моей команде нападаете на ближних к вам франков – и подрубаете передние ноги их лошадей! Кто из ворогов падет наземь, того рубите без жалости… Дава-а-ай!!! — А-а-а-а!!! Успевшие почуять близкий конец и горький привкус тлена на губах, даны бросились на бенефициариев с таким отчаянным, громким воплем, что лошади ближних к ним всадников шарахнулись прочь! Но это не спасло их конечности от яростно замелькавших секир, нацеленных у кого на передние, а у кого и на задние ноги… Более полутора десятков франков оказались на земле в считаные мгновения – сброшенные ранеными и обезумевшими от боли животными, или же просто павшие вместе со скакунами… И тотчас на головы, руки и плечи пытающихся подняться на ноги воинов обрушились стремительные удары секир и лангсаксов. Даны не ведают пощады! …Сам ярл оказался одним в числе воинов, кто уже не успел вступить в ближний бой – уцелевшие всадники, числом не более десятка, шарахнулись в сторону от хирдманов. И их боевой дух заметно упал после смерти большей части соратников – отчего франки уже не рискнули броситься в очередную атаку… — Собирайте франциски и гафлаки – и строим стену щитов лицом к всадникам! Рискнут напасть, отгоним! |