Онлайн книга «Луна, уснувшая в руках вампира»
|
— …или фамильяром, – тихо договорил Кай. Генри с облегчением выдохнул и притих. Я сперва обрадовалась, видя, как Ноденс садится и берёт на руки Гвина, но потом услышала душераздирающий крик. Ноденс склонился к земле, прижимая Гвина к груди, качался вперёд и назад и рыдал, будто маленький ребёнок. Сирша побежала к нему, попыталась прикоснуться, но Ноденс оттолкнул её, и на мгновение мне открылось маленькое безвольное тельце Гвина. Кровь схлынула с дверей единым потоком, расстелилась по ступеням красным ковром, и двери медленно приоткрылись. Кай помог Генри сесть, дал бутылку воды, чтобы умыться, и направился к Ноденсу. Присел на корточки рядом с ним и потребовал: — Дай осмотреть свою руку. Ноденс замотал головой, продолжая рыдать, дрожа всем телом и обнимая Гвина, но Кай повторил твёрже: — Дай. Словно оглушённый, Ноденс протянул ему руку, и Кай закатал ему рукав. Это была рука мумии, серая и безжизненная, с деформированными суставами. Кай быстро проверил подвижность. Пальцы с трудом, но сгибались. — Хорошо, проклятие не забралось слишком далеко. Гвин успел вовремя. Ноденс покачал головой и с новой силой прижал к себе мёртвого пса. Слёзы градом лились по его щекам, и я не узнавала вечно жизнерадостного профессора. Впервые я увидела в его глазах бездонное отчаяние, уничтожившее в нём всё живое. Это было страшно настолько, что мне хотелось обнять Кая, убедиться, что он жив, что я жива. Кай встал и заслонил собой Ноденса. — Всё хорошо, – тихо сказал он и коснулся моего плеча. – Я рядом. Только тогда я сумела наконец вдохнуть. Сирша тихо плакала, пытаясь утешить Ноденса хоть немного. Я, не в силах больше на это смотреть, пошла на помощь Генри. Он уже окончательно пришёл в себя, но всё равно принял мои руки, чтобы подняться на ноги. — В порядке? – спросила я, осторожно поддерживая его под локти. Он кивнул, глядя мне за спину. — Как Ноденс? Гвин?.. Я кивнула. Генри сжал челюсти и опустил мои руки. Когда Ноденс перестал рыдать, Генри с Каем помогли ему встать. Уговоры Сирши не помогали, и отпускать Гвина Ноденс отказывался, так и шёл, прижимая его к себе, будто ребёнок, обнимающий плюшевую игрушку. Я постаралась ухватиться за эту мысль, чтобы не думать о том, что это был мёртвый фамильяр. Гвин, не сомневаясь, пожертвовал собой ради единственного существа в мире, которое было ему дорого. И это пугало меня до дрожи. Неужели именно такую связь подарил нам Поток? Неужели он так жесток? Собравшись с мыслями, осторожно осматриваясь на предмет новых ловушек, мы всё же переступили порог храма. Медленно прошли по тёмному коридору и вошли в главный зал, очень похожий на тот, что видели прежде, но не тронутый разрушением. Величественный и огромный, он впустил нас в своё чрево. Не зажглись огни в каменных чашах, не засияли волшебные узоры на стенах, не запел Поток. Я коснулась каменного алтаря, освещённого луной, раздробленные лучи которой проникали в храм через огромное круглое окно. Сила во мне молчала. Я медленно повернулась к друзьям, и голос мой дрогнул: — Здесь ничего нет. Храм был мёртв. 28. Кэтрин В храме было темно и тихо настолько, что наше дыхание казалось оглушительно громким. А если прислушаться, то можно было уловить, как шуршат ветви деревьев и как озеро лениво касается берегов. Пахло плесенью и почему-то лилиями. Я смотрела на дорожку лунного света, которая лилась с алтаря на пол, подобно серебристой реке. Когда-то здесь так же открыто плескались воды Потока, но не теперь. Морар покинула эти стены, и когда-то живой, дышащий магией храм теперь был просто грудой растрескавшихся камней. |