Онлайн книга «Дикая птица»
|
Рогнеда заревела ещё громче. Столько страха и боли просто не помещались в маленьком теле. Отец, не обращая на дочь внимания, подкинул в печь дров. — Ма-амочка-а! – кричала она. — Прекрати! – рявкнул отец и хлопнул печной заслонкой. Рогнеда с испугу замолчала. – Ты уже взрослая для таких выступлений. Сколько тебе лет? Он спросил так, будто сам не знал. — Д‑десять, – выдавила она сквозь слёзы. — И, по-твоему, это нормально? Так кричать, не слушать отца и беспокоить младшую сестру? Я едва смог её уложить. Отец навис над Рогнедой громадной глыбой, а она не знала, что ответить. Только тихонько всхлипывала, продолжая вытирать щёки. — Ты видела хоть раз, чтобы я плакал? — Нет. — А мама? — Нет. — Это потому, что мы с мамой сильные. Если ты хочешь, чтобы я тебя уважал, тебе тоже придётся стать сильной. — Нельзя плакать? Отец присел на корточки, но всё равно был гораздо выше. — Чувства делают нас слабыми, туманят разум, заставляют совершать ошибки. Иногда это может стоить жизни. Многим врагам нашего княжества это стоило жизни, – отец кивнул на меч у бедра. – Ты должна научиться контролировать чувства. Не они твои хозяева. Ты должна стать их хозяйкой. И вот тебе первое задание: перестать плакать о матери. — Я не могу, – слёзы снова потекли по щекам. — Можешь, – отец встряхнул Рогнеду за плечи. – Чем меньше будешь плакать, чем глубже затолкнёшь свою боль, затопчешь, заставишь её замолчать, тем быстрее сможешь двигаться вперёд. Не трать время на печали, нас ждёт много дел. С тех пор Рогнеда не плакала. Отец оказался прав и доказал это на собственном примере, когда страсть к картам стала его хозяйкой и утянула на дно всю семью. Рогнеда остановилась и сделала глубокий вдох. Ну вот, опять. Стоило об этом вспомнить, и в груди заклокотала злость. С выдохом она затихла и нырнула в темноту к остальным эмоциям, а Рогнеда открыла дверь в библиотеку. Дарен был не один. Он сидел за столом, а вокруг юлой вилась Есения. Солнечный свет падал на её пшеничные кудри и белую кожу, заставляя их светиться, словно и сама она была продолжением солнца, его нежным, сияющим дитятей. — Но ведь волк сделал за царевича всю работу! – смеялась Есения детским заливистым смехом, накручивая на палец длинную нить красных бус. – А ему досталось всё. И царевна, и полцарства. Нечестно как-то. Дарен покачал головой, рассмеялся и ткнул пальцем в книгу. — Нет, всё правильно. Это ведь не простой волк, это предок, посланный царевичу из загробного мира специально, чтобы помочь. — Предок? То есть это мертвец? – Есения прикрыла рот маленькой ладошкой. Ей было пятнадцать полных лет, но Рогнеда едва ли дала бы девчонке двенадцать – слишком уж кристально чистым, незамутнённым мыслью взглядом она смотрела на мир. — Скорее, дух, – Рогнеда вмешалась в разговор, выступая из тени. Улыбка исчезла с лица Дарена. А вот улыбка на лице Есении сделалась ещё шире. — Рогнедушка! – она бросилась к Рогнеде и заключила в крепкие объятия. Она была такой маленькой, что макушкой едва доставала Рогнеде до плеча. – Ты так давно не заглядывала к нам! Я так соскучилась! И матушка соскучилась. — Уверена, у Власты и без меня много хлопот, – Рогнеда неловко похлопала Есению по голове и попыталась отстраниться. — Отца нет. Зачем пришла? – спросил Дарен сухо. |