Онлайн книга «Наследница шрамов»
|
— Наверное, это хорошо. К моему удивлению, Сорен не отпускает ехидных замечаний. Он молча расстегивает плащ и кидает мне. — Держи. Я ловлю его, разглядываю синюю ткань и пушистый меховой воротник. — А как же ты? Теперь, когда он без плаща, я вижу его широкие плечи. — Мне он не нужен. – Он отводит взгляд. – Как я уже сказал, холод всегда мне был по душе. Сейчас он говорит, как Эльза из мультфильма «Диснея», который мы с Зури вместе смотрели в больнице. Она не могла поверить, что я не видела «Холодное сердце» раньше, но в Ундене мы не были избалованы новинками. И я на сто процентов уверена, что Сорен связи не уловит. Я не стала отказываться от его предложения, мне нужно тепло. Заворачиваюсь в плащ, пахнущий древесным мускусом и мхом. Пахнущий Сореном. Пушистый меховой воротник щекочет кожу, когда я устраиваюсь поудобнее и пытаюсь угнездиться. Все чудовища, которых я раньше боялась, существуют. Не только кровожадные драугры, но и хульдры с пустыми, голодными спинами, никуры, похожие на огромных пауков ростом с лошадь, мара с острыми, словно бритва, зубами. Я плотнее закутываюсь в плащ Сорена и чувствую себя маленькой девочкой, спрятавшейся под бабушкиным вязаным одеялом от чудовищ. Теперь меня спасет только Сорен. — Ты только не уходи, – прошу я. — Не уйду. Я почему-то ему верю. Может, потому, что он хочет найти Скагу, так же как я Амму. Или потому, что предложил мне теплый плащ, хотя вовсе не обязан. Воротник мягкий и пушистый, словно подушка, я сворачиваюсь клубочком на снегу, словно под привычным ватным одеялом. Я думала, что переросла ночные кошмары, но теперь не уверена. Может, они прекратились, потому что я уехала из Ундена. Завернувшись в плащ Сорена, я сразу засыпаю. – Осторожно, Скага, – говорит Торстен. За три года я устала от его опеки. Убираю копье, пока он его не схватил, смотрю, как плещется вокруг вода, и усмехаюсь: – Я обращаюсь с копьем лучше, чем ты. Может, поучишься у меня? Торстен вздыхает, стоя по щиколотку в озере. – Признаю, что рыбачишь ты лучше меня, но это все-таки оружие, и его надо уважать, иначе поранишься. Ты ведь не воин. Мимо ног проплывает рыба. Я бью копьем в воду, вымещая свое разочарование. – Я не нуждаюсь в напоминаниях. Вода окрашивается красным. Удар попал в цель. Кидаю рыбу в корзину на скалистом берегу. Та шлепается на дно, и в нос ударяет тухлятиной. Рыба, которую мы только что поймали, гниет, словно лежала здесь месяцами, а не несколько минут. Я бреду по мелководью, чтобы посмотреть поближе. Чешуя стала скользкой, плоть на костях тает и остаются лишь хребты. Дневной улов пропал. – Торстен, что-то не так. У меня перехватывает дыхание. Он роняет копье. Всплеск. – Вижу. Это все, что он говорит. Я медленно поворачиваюсь, боясь того, что за спиной. Все озеро теперь красного цвета. Вода вокруг щиколоток становится горячей. Похожей на кровь. Меня охватывает ужас. Я словно оказалась посреди Рагнарёка, великой битвы, в которой погибнут даже боги. На поверхности плавает дохлая рыба. Еще одна всплывает, и еще, и вскоре уже их сотни. – Этого не может быть. Пошатываясь, я отступаю. Спотыкаюсь о камень, но Торстен подхватывает меня прежде, чем я падаю. – Как… как такое может быть? – спрашиваю я, в отчаянии заглядывая ему в лицо. |