Онлайн книга «Преддверие I»
|
Как я и предполагал, она была талантлива во всём, в этом тоже. Она была актриса, изящная, страстная, нежная, угадывающая мои желания и невероятно горячая. — У тебя жар? – спросил я, когда сам немного остыл, трогая её пылающий лоб. — Не знаю… – сказала она измученно, словно таскала всю ночь камни, – и правда жарко… поцелуй меня… Горячие губы показались мне беспомощными. — Дать тебе воды? — Нет. Нет! Обними меня, крепче, не отпускай меня! Так мы и лежали, обнявшись, в свете последней догорающей свечки, и я всем телом чувствовал её мелкую дрожь. — И правда вся горю, – усмехнулась Эджелия, – что это со мной? Неужели до такой степени в тебя влюбилась? — Ты просто переволновалась. Прости, я и правда вломился как медведь… — Не знаю… послушай меня, тебе надо уходить. Скоро рассвет, я не хочу твоей смерти, медведь. Правда не хочу. — Пойми же ты, я не боюсь своего отца. Кто-то другой хочет, чтобы я его боялся, кто-то, кто сеет страх во дворце и заставляет всех действовать по своей указке. Я думал, ты мне поможешь узнать, но тебя тоже обманули и запутали. — Если ты мне не веришь, то спроси Сетвина. — При чём тут Сетвин? — Это он мне передал приказ короля. Тут и меня бросило в жар. Наконец-то мне показалось, что я за что-то зацепился. Сетвин! Гардеробщик, который ходит на королевские приёмы и запросто беседует с герцогинями. Сколько же я ему всего наболтал за бутылкой! — Значит, король сам тебе ничего не приказывал? — Сам? Он и слов-то таких не знает, этот чистоплюй, но что король, что Сетвин, это, считай, одно и то же. Прошу тебя, уходи. Я всё-таки встал, чтобы принести ей воды из графина. Она была уже словно в горячке, глаза полузакрыты, губы сухи, лоб влажный, дыхание частое и прерывистое. — У тебя жар. — Да… промочила ноги… в парке такой мокрый снег! Я осторожно напоил её и почему-то уже понял, что с ней. Она просто умирала. Просто и тихо. Как моя мать. Я чувствовал. За спиной стояла Смерть и леденящим холодом дышала мне в затылок. — Мы подходящая пара, ты не находишь? – спросила Эджелия, слабо улыбаясь. — Конечно, – сказал я, с ужасом осознавая, как не хочется мне её терять. — Тебе лучше меня никого не найти. — Я и не буду пытаться. — Я буду любить тебя. В самом деле… я могу любить, просто некого было, они все не такие, как ты. — Я тоже не подарок. — Но ты другой… Ты уходишь?! — Нет. — Не уходи… мне страшно! Больше она уже ничего не говорила и не открывала глаз. Я сидел рядом, держал её пылающую руку и думал о Сетвине. Он был первым, кто имел смелость заговорить со мной, и первым, кто напророчил мне гибель. Сам он не боялся ничего и при всём при том был подчёркнуто нечестолюбив. Его вполне устраивала должность старшего гардеробщика. Почему? Уж не потому ли, что так удобнее скрывать свою неограниченную власть? Или же Сетвин тоже кому-то служит. Кому?! Эджелия тихо застонала и открыла глаза. — Ты ещё здесь? — Конечно. — Вот теперь уходи. Теперь я сама. — Не выдумывай. — Умоляю тебя… ты видишь, как это бывает? Хочешь так же? — У тебя просто жар, Эджелия. — Я не так глупа… я вообще не глупа. — Может, позвать лекаря? — Лучше сразу священника. Мы посмотрели друг на друга. С ней не нужно было слов, она, как всегда, понимала всё сама. — Убей его, Кристиан. Опереди его, это единственное, что может тебя спасти. |