Онлайн книга «Преддверие I»
|
— У вас есть враги, Ольвин? — Как будто нет. — Но кто-то же хотел убить твою сестру. Надеюсь, на этот раз ты не скажешь, что всё было гораздо проще? — Не знаю, – сказал он хмуро. — А ещё мне не нравится, что пропажа книги совпадает со внезапным интересом Оорла к Долине Двух лун. — Книга пропала уже после пожара. — Всё равно не нравится! * * * Уходя, я поцеловал Нолли в висок и сказал, чтоб она не скучала. Она ответила, что будет вместе с Марианной подшивать занавеску. Глаза у неё были голубые и жалобные, смотреть в них я не стал. Мы встретились с Изольдой возле городской Ратуши, когда часы пробили полдень. Было пасмурно, но сухо. — Бог накажет нас, – сказала она, как только подошла ко мне. Она была безумно красива, хотя платье на ней было всё то же и волосы, как обычно, стянуты в узел на затылке. Это была совсем другая женщина, напряжённая, как натянутая струна, полная какой-то скрытой силы, с лихорадочно блестящими огромными глазами. На неё все оборачивались, как будто она излучала сияние. Мы шли в другой конец города, туда, где стоял у пруда белый особняк с красной крышей, похожий на вафельный торт с вареньем. Из всех слуг я оставил только привратника и горничную. Возле ворот Изольда остановилась: — Ты что, в самом деле ведёшь меня сюда? — А ты хотела, чтоб я снял номер в дешёвой гостинице? — Мартин, откуда у тебя столько денег? — Не спрашивай ни о чём, ладно? — Хорошо, если ты так хочешь. Она ничему не удивлялась и старалась вести себя так, словно всю жизнь прожила в роскоши. Словно так и должно быть. Только стоя над раскрытой постелью, она задумчиво сказала: — Какие чистые простыни. Наверно, мы их испачкаем. И обняла себя за плечи, как будто было холодно. Без одежды, с одним только забинтованным запястьем, она казалась совсем беззащитной. — Ты боишься? — Чего мне бояться? Любви? Ты так меня замучил, что мне уже ничего не страшно. И потом, я такая старая, что бояться просто неприлично. — Ну зачем ты говоришь, что ты старая? Посмотри на себя, какая у тебя кожа, какие руки у тебя, какие волосы… — Я старше тебя, а ничего не умею! — Слава богу, – сказал я, – значит, хоть тут не будешь называть меня деткой. — Всё так странно, – она улыбнулась, – этот день, этот дом, и ты такой… незнакомый. Я просто не узнаю тебя, Мартин. — А со мной такое в первый раз, – признался я, – я сам себя не узнаю. Наверное, вот так и должно было быть, так и задумал, наверное, Господь: с женщиной, а не с тигрицей, по любви, а не по разврату, с кем хочу, а не назло, и не в пьяном угаре, а всё осознавая. Я осознавал. Я наслаждался каждой минутой нашего счастья, каждой убегающей секундой. Это могло и не повториться. Между нами была Нолли, девочка, которой я сломал жизнь. Мы не могли через неё переступить. Есть особая острота в том, чтобы любить женщину, которую скоро потеряешь. Любить как в последний раз. Любить, когда ржавым железом по сердцу. В том, что мы скоро расстанемся, у меня не было сомнений. У Изольды, наверное, тоже. Мы цеплялись друг за друга обречённо и жадно, то со стыдом, то со страстью, то нежно, то яростно. А день утекал, утекал, утекал. И вот так незаметно подошёл к концу. За окнами багровел закат. — Бог накажет нас, Мартин, – грустно повторила Изольда, затягивая платье. |