Онлайн книга «Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы»
|
7. Оззи и Харриет в аду Золотые деньки в каньоне закончились плохо. Когда-то давно тихий городок, воспетый на миллионах картинных открыток, купался в золотом сиянии своих садов. Его официальным лозунгом было «Место богатства, здоровья и изобилия». В 1920‑х годах он был известен как «Королева цитрусового пояса», обладая одним из самых высоких уровней дохода на душу населения в стране. В 1940‑х годах он был настолько образцово среднеклассовым – реальным аналогом родного города Энди Харди, – что Голливуд использовал его в качестве испытательной лаборатории для проверки типичных реакций аудитории на новые фильмы. В 1950‑х годах он стал пригородом для тысяч «отцов, которые лучше знают» в накрахмаленных белых рубашках. Теперь его почти заброшенный центр окружен акрами пустырей и оставленных домов. («В конце концов единственными покупателями, которых можно было увидеть, были пьяницы, выстроившиеся в утренней очереди за спиртным перед аптекойThrifty’s»[929].) Его главный работодатель – аэрокосмическая корпорация – снялся с места и переехал в Тусон. Клуб4Hбыл заменен местными франшизами банд Crips и Bloods. С 1970 года почти 1 процент населения был убит. Более того, шесть человек, включая четырех подростков, были убиты за один 36-часовой отрезок времени в январе 1997 года[930]. «Он» – это Помона, четвертый по величине город округа Лос-Анджелес (население 134 000 человек). Хотя Помона, согласно устаревшей картографии Берджесса, является «районом бунгало» в «пригородной зоне», она демонстрирует большинство патологий, обычно связанных с обветшалым внутренним городом. Как и в вымышленном пригороде Робледо у Батлер, в Помоне рай превратился в ад. «На окнах тракт-хаусов в стиле „Синдерелла“ [навешены] железные решетки», и что «показывают в Помоне» сейчас, так это хаос и отчаяние[931]. ![]() То, что сейчас показывают, – это хаос Уровень бедности в Помоне превышает уровень бедности в Лос-Анджелесе, а уровень убийств в плохие годы приближается к уровню Окленда или Балтимора. Плотность членов банд в процентном отношении к подростковому мужскому населению является одной из самых высоких в стране. По результатам опроса 828 общин, проведенного в 1993 году, Помона заняла одиннадцатое место с конца в стране по уровню благополучия и здоровья детей. В некоторых школах 80 процентов учеников настолько бедны, что могут претендовать на бесплатные школьные обеды. Каждый год треть выпускников Объединенного школьного округа Помона не заканчивают школу, что в десять раз превышает долю отчисленных в соседнем Клермонте[932]. Тем временем годы реконструкции города оставили его центр столь же заброшенным, как и миниатюрный Детройт, в то время как его самое гордое достижение – субсидируемое налогами строительство обнесенного стеной района для людей с высоким доходом, известного как Филипс-Ранч, – только усугубило чувство бесправия в более бедных районах, таких как «Остров», «Город грехов» и «Флэтс». Хотя последний мэр был латиноамериканцем (а также мормоном и республиканцем), реальная власть в этом сообществе, на 65 процентов состоящем из латиноамериканцев и чернокожих, по-прежнему прочно монополизирована англоамериканской бизнес-элитой – внуками тех давно покинувших Помону владельцев садов, все еще живущими в больших домах «на холме» в Ганеша-Хайтс. |
![Иллюстрация к книге — Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы [book-illustration-107.webp] Иллюстрация к книге — Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы [book-illustration-107.webp]](img/book_covers/141/141066/book-illustration-107.webp)