Онлайн книга «Ленин. Личная жизнь гения»
|
Володя, и Оля, и Саша не заметили, как вошла мать. — А вот и неправда! Калоши могут летать! – пятилетний Володя захохотал и ловко сбросил со своей ноги калошу так, что она полетела в гостиную. — А моя дальше! – закричала Оля и туда же отправила свою калошу. — Придут мама и папа – достанется вам. Варвара Григорьевна только что пол вымыла, – пытался утихомирить малышей Саша. Но удержать их было уже невозможно – надо было знать характер Володи и Оли. В столовую полетели калоши, сапоги, валенки, задевая недавно обитый яркой материей диван, пачкая блестящий пол. Мария Александровна подняла брови. Негромко, не сердясь, сказала: — Пустяки какие делаете. Приберите скорее. Это ненужное… – и чуть поморщилась. А вскоре состоялась и встреча Марии Александровны с Верой Васильевной Кашкадамовой, которая, говорят, не без помощи Ильи Николаевича, была назначена преподавательницей женского начального училища. Небезызвестная Вечтомова рассказывает: «Она старалась держаться солидно. Часто краснела. И от этого еще ярче блестели ее круглые глаза. Без необходимости теребила черные часики на шнурке, то и дело вынимая их из-за широкого пояса с пряжкой. Ей говорили о Марии Александровне, поджимая губы, досужие мещанки: — Расчетлива!» И что же? Похоже, что-то перевернулось в душе преподавательницы, когда она увидела перед собой седую женщину. И она уже не старалась держаться вызывающе, готовая к отпору от любого нападения. Да и не в характере Марии Александровны было нападать. Она всегда предпочитала защищаться, терпеливо выслушивать, если ее в чем-то обвиняли, даже когда не считала себя виновной. Те же «мещанки» говорили о ней: — Моду завела: перед детьми извиняться, если что… как перед взрослыми. Дальше в своем рассказе Вечтомова, как всегда, не жалеет светлых красок: «Глубоко уважая Илью Николаевича, Вера Васильевна не могла видеть дурное ни в чем, касающемся его и его близких. И сейчас, остановившись перед совершенно седой женщиной, она вгляделась и поняла, что Мария Александровна молода. А сколько было в ее глазах доброжелательства! Как женщина, Кашкадамова замечала все житейские мелочи в доме своего учителя и то, что Мария Александровна все время занята уроками с детьми, по хозяйству, в саду (и тогда дети торопились помочь ей). Она заметила, что у няни Варвары Григорьевны комната с отдельным входом, а Мария Александровна живет в проходной. “Как страж – всегда начеку, всегда готова вскочить с постели, открыть дверь, помочь, отозваться”, – думала Вера». Да и что еще она могла предпринять, зная характер своего мужа и видя, каким взглядом он всегда провожает Настю. «Железная койка под накидкой с оборками. На комоде – зеркало, свеча в подсвечнике, шкатулка красного дерева и книги, книги, книги… Маленькие томики Гейне, Гете, Доде, Шиллера – все в подлинниках. Тургенев. Новинка – “Война и мир” Толстого! Журналы… У родителей и детей – книги! Вся семья абонировалась в городской Карамзинской библиотеке. Все были равны в этой семье, в которой действительно уважали не только младшие старших, но и старшие младших. Уважали их занятия, их игры, их интересы». Можно только догадываться, кем бы могла стать Мария Александровна, если бы не это ее заточение, куча детей и блудливый муж. |