Онлайн книга «Экспедиционный корпус»
|
К Михаилу Климову приставили молодого лейтенанта, но опыта у него хватило бы на десятерых. К линии фронта приближались в предрассветной тьме, пользуясь всеми складками местности. Это было неудобно, кто-то из солдат уже успел вывихнуть ногу. — Днем нельзя: если немцы засекут подход колонны, то тут же накроют артиллерией, – пояснял очевидные вещи французский лейтенант. Подойдя к перепаханному воронками холму, наверное, использовался в свое время как наблюдательный пункт или как закрытая позиция для артбатареи, вошли в глубокий траншейный коридор, тянущийся на восток изломанной линией. Шли, наверное, не меньше километра, прежде чем достигли, собственно, окопов второй линии. Третью линию только начали возводить, и представляла собой она пока лишь кое-как отрытый ров полутораметровой глубины без дренажных канав и обрешеток для укрепления стенок. Собственно, даже не то что вторая, но и первая линии обороны оказались готовы не полностью, и работы над ними еще шли. Но на этом путешествие не закончилось. Зашагали на север и шли довольно долго, петляя по окопам, то и дело заходя в траншеи первой линии. Тут уже довольно густо запахло мочой. Дойти до сортира солдаты себя не всегда утруждали. Да и не пойдешь на толчок в ожидании атаки противника и тем более своей, когда желание поссать становится особенно невыносимым. Но вот подул легкий ветерок с нейтральной полосы, и потянуло приторно-сладковатым запахом. Кто хоть раз ощущал запах гнилой плоти, тот его никогда ни с чем больше не спутает. Солдаты загудели. — Тихо, мать вашу! – зло зашипел Михаил. Ему вторили младшие офицеры и унтера. — Почему так долго идем? – с оттенком возмущения приглушенно спросил поручик Бодько, чуть не упав, обо что-то споткнувшись. Идти по дну окопа и вправду оказалось занятием непростым. Недавно прошел дождь, глина стала скользкой. Вообще-то, дно окопов, как и стенки, обили деревянной решеткой, но из-за постоянных обстрелов часть грунта пробивалась сквозь прутья, дожди опять же подмывали глину, и убирать ее не спешили, вот и образовывалось месиво. — Чтобы германец не вычислил, где именно происходит ротация подразделений, и не ударил по скоплению сил прибывших и еще не отбывших, мы используем каждый раз иной путь подхода… — Понятно. Там, где ландшафт местности сильно понижался и копать еще глубже становилось просто бессмысленно (так и до грунтовых вод можно докопаться, и тогда окоп превратится в пруд), траншеи формировались за счет мешков с грунтом. Общая глубина приближалась к двум метрам, местами достигала трех, так что на некоторых участках, чтобы вылезти из такого окопа, приходилось пользоваться лестницей. Над некоторыми позициями густо натянули колючую проволоку, чтобы противник не смог спрыгнуть в окоп. Почему так не могли сделать по всей длине, оставалось для Климова загадкой, а спрашивать не стал. Раз не сделали такой очевидной вещи, значит, это для чего-то нужно. Может, специально оставлены открытые участки, чтобы фрицы прыгали именно туда, где их ждут и подготовлены места для оборонительного боя? Ну и самим надо тоже как-то из своих окопов выскакивать в атаку. Хотя тут можно было сделать проще с откидывающимися секциями колючки. В общем, черт их знает. Пока шли по первой линии, через определенный промежуток встречались посты наблюдателей, пытавшихся что-то высмотреть во тьме. Впрочем, тьма никогда не бывает полной даже в отсутствие луны, так что какое-то движение на нейтралке засечь при удаче все же можно, и тогда начинался переполох: стреляли винтовки, били пулеметы, и рвались гранаты. Вражеского разведчика пытались уничтожить всеми возможными средствами. Но пока оставалось тихо. |