Онлайн книга «Экспедиционный корпус»
|
— Так точно, вашбродь! Дозвольте обратиться… — Говори. — Вода здесь… — Да, я в курсе, самого только что чуть не стошнило, когда умыться попытался. Так что этот вопрос нам надо будет решать как-то самим. Колодцы, как говорят старожилы, копать бесполезно, так что или дождевую воду надо попытаться собирать или еще как-то выкручиваться. — Да как же ее соберешь?.. — Брезентовые части палаток, коими обмотаны шинели, попробуем расстелить. — И правда, вашбродь! — Так что дождь для нас не только проклятие, но и благо… Появились «супники» – французские солдаты, разносящие еду. Тоже та еще работенка: побегай, груженый, как мул, по три-пять километров от места остановки полевой кухни до первой линии окопов. И не по разу. — Хорошо устроились солдатики: поближе к кухне, подальше от начальства, – усмехнулся один из младших унтер-офицеров. — Что он сказал? – поинтересовался лейтенант, отреагировав на говор солдат. Михаил перевел солдатскую мудрость. — В мирное время – может быть, но не сейчас. Если кто-то думает, что занятие сие хоть и тяжелое физически, но безопасное, то глубоко ошибается. Потери среди кухонных работников достигают двадцати, а то и тридцати процентов. Не каждое боевое подразделение несет такие потери во время наступательного боя… Немцы ведут за ними настоящую охоту, накрывая артиллерией, а самолеты-разведчики не упускают шанса провести штурмовку полевой кухни, обстреляв ее из пулеметов, а то и сбросив ручную бомбу. Но некоторые пилоты так насобачились их бросать, что стали в некотором роде в этом деле снайперами. Климов все это перевел солдатам, так что отношение к кухонным работникам кардинально изменилось. Завтрак состоял из куска хлеба с сыром и кружки кофе, что черпали из баков. Хлеб и сыр принесли нанизанными на палки, которые пара бойцов тащила на плечах. Палки у них тоже забрали – на дрова. — Эх… хлеба маловато… да и бурда эта горькая… – послышались приглушенные жалобы солдат, но при этом так, что слышно их было отлично: специально так исхитрялись, авось отреагируют. – Чаю у них нет, что ли? Пьют не пойми что… — Пейте что дают, – рыкнул на них фельдфебель, хотя и сам, когда хлебнул содержимое, недовольно скривился. Непривычны русские солдаты оказались к кофе. Да и сам кофе тоже оказался так себе. Сбодяженный наполовину не то из цикория, не то вовсе из жженого ячменя. В этот период с подвозом товаров из колоний у французов имелись какие-то проблемы. Пока находились в лагере, там давали привычный чай: французские интенданты быстро поправили рацион, стоило только об этом попросить, им даже лучше. Ну а на фронте ради роты русских солдат, да еще рассредоточенных тонким слоем по батальону, никто заморачиваться не станет. — Ничего, будет вам чай, когда на свой участок фронта встанем, – обнадежил их Климов. — Это дело, вашбродь, – отозвался фельдфебель. — Вот только ром в него добавлять вряд ли станут. — Ром, вашбродь? – удивился фельдфебель. — Его. После такого уточнения о рецептуре кофе многие солдаты стали смотреть на содержимое своих кружек уже иным взглядом. Что такое ром, они узнали чуть ли не первым делом еще в лагере, да так хорошо, что многие отведали розог из-за не совсем трезвого состояния. Так уж повелось у французов, что первыми ели солдаты, за ними унтера и только после всех – офицеры. В русской армии все наоборот. Офицерам зачастую было вообще наплевать, поели их солдаты или нет. |