Книга Античная наука в социальном и культурном измерении, страница 201 – Леонид Жмудь

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Античная наука в социальном и культурном измерении»

📃 Cтраница 201

Еще в 1920‑е гг. Гюстав Глотц утверждал в книге «Труд в древней Греции», что за пределами социального круга, ценности которого выражали Ксенофонт, Платон и Аристотель, отношение к труду было положительным[1043]; ближе к концу прошлого века об этом стали писать все чаще и настойчивее[1044]. Пренебрежение к торговле и труду со стороны элит доиндустриальных обществ, замечал Поль Вен, никогда не останавливало торговцев от торговли, а бедняков – от работы ради того, чтобы жить[1045]. Подход, ставший сейчас преобладающим, удачно сформулировала Эллен Вуд:

Если свобода, как ее понимало большинство афинян, подразумевала, помимо прочего, свободу труда, в отличие от свободы от труда, и если презрение к сервильности следует отличать от пренебрежения к труду как таковому, то, очевидно, следует сказать кое-что еще о весьма распространенном утверждении, что одной из главных характеристик афинской культуры было общее презрение к труду. <…>

Невозможно доказать, что презрение к труду, несомненно испытываемое аристократическими критиками демоса, в целом разделялось самим народом, иными словами, что это был культурный идеал, а не в значительной степени предрассудок высшего класса. Насколько возможно реконструировать, что́ думал о труде рядовой афинянин, преобладающим отношением, вероятно, было то, что, хотя труд в целом тяжел и часто неприятен и хотя зависимого или рабского труда следует избегать, труд также может быть источником гордости. Искусства и ремесла можно считать основами цивилизации, и, что еще важнее, необходимость трудиться ради средств к существованию или даже заниматься «низким» и «черным» трудом не является морально или политически ущербным, основанием для исключения из числа настоящих граждан[1046].

Экономика престижа. Очевидная взаимосвязь между уровнем развития техники и экономики побуждала объяснять неразвитость античной техники стагнацией экономики, и наоборот. «Общеизвестно, что греки и римляне, взятые вместе, мало что добавили к мировому запасу технических знаний и средств» – так начинается статья Финли, пожалуй главного авторитета 1960–1980‑х гг. в античной экономической истории[1047]. Вкратце его теория заключалась в следующем: в отличие от современной экономики, где рынок функционирует по своим законам, а его субъекты рационально нацелены на то, чтобы получать наибольшую прибыль, элиты античного общества, контролировавшие бо́льшую часть ресурсов, не ставили перед собой такой цели, они были полностью «погружены», или «включены», в социально-политические отношения, нормы и ценности которых препятствовали такому поведению. Элита больше заботилась о своем статусе и престиже, чем о денежной выгоде, ее богатство основывалось на сельском хозяйстве, в него она и инвестировала, тогда как презираемые ею торговля, ростовщичество и мануфактурное производство были уделом низших слоев и потому серьезного развития не получили. «Мы должны снова и снова напоминать себе, – писал Финли, – что начиная с позднего средневековья европейский опыт в технике, экономике и в сопровождавших их системах ценностей был уникальным в истории человечества <…>. Технический прогресс, экономический рост, производительность, даже эффективность не были значимыми целями с начала времен»[1048]. Проблема, таким образом, вновь сводилась к «античной ментальности».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь