Онлайн книга «Где дом и дым глубин и алый»
|
— Она. — Что? — Если ОНА не придёт. За нами. Она пришла. Сначала хлопнула дверь в глубине дома, потом на третьем этаже появилась она – в полукруге арки, как в раме, – скрестила руки под грудью и в упор посмотрела на Марину. А Марина шепнула Лене: «Что бы ни случилось, молчи. Я сама». Лена кивнула и тоже посмотрела в упор, с вызовом уставилась на грузную тётку в бордовом велюровом халате. Черноглазую, щекастую и немного усатую. Или это тень так легла. Цыганка какая-то. Мало того что заставила их тут полдня страдать, так ещё надулась, будто они пришли тараканов ей подбросить. Пауза затянулась. Тётка не шевелилась, Марина тоже, а вот Диник завозился на сумке, захныкал во сне. Лена хотела наклониться и погладить его по голове, но не смогла отвести глаз от тётки. Чувствовала, что сейчас не время… для чего? Для всего. Тётка чуть заметно нахмурилась и начала спускаться по лестнице. Прям сошествие королевы. Её остроносые, расшитые бусами и блёстками тапочки ступали бесшумно, завораживали Лену. Только на них и смотрела. А потом услышала низкий, будто простуженный голос: — Вы к кому? Лена подняла глаза. Тётка стояла шагах в пяти и сверлила взглядом Марину. — К вам, – бесстрастно ответила та. — Я гостей не приглашала. — Мы не гости. Нам нужна помощь, и вы не можете отказать. — Да ну? – тётка вздёрнула подбородок. – Почему это? — По родству. Я ваша племянница и прошу нас впустить, – но, судя по голосу, Марина не просила, а требовала. Лена ещё не видела её такой – внешне спокойной, но ощутимо опасной. Если бы Марина была кошкой, шерсть у неё на загривке стояла бы дыбом. Тётка улыбнулась, и улыбка эта потекла ядовитой патокой: — У меня нет родственников. — Есть. — Нет, – отрезала тётка. Скользнула взглядом по Лене, опустила глаза на Диника, который проснулся и теперь сидел на сумке, слушая взрослый разговор. — Здравствуйте, – сказал Диник тётке. Обычно с ним тоже здоровались, улыбались, хвалили за вежливость, но не в этот раз. Тётка поджала и без того тонкие губы и сказала Марине: — Не в нашу породу ты пошла, больно русая, но теперь вижу, что её дочь. Тоже воровка. Диник потянул Марину за рукав, а когда та чуть наклонилась, громко прошептал: — Почему она обзывается? Она злая? У неё усы? И сразу: — Мне надо в кустики. Срочно. Марина выпрямилась: — Я не воровка. Нам нужен дом, мне и моим детям. — Твоим детям? — Да. – Лена обещала не вмешиваться, но сейчас не могла промолчать: тётка знала, откуда-то знала! – Её детям! — Интересно, – протянула тётка. — Им тоже, – понизила голос Марина и кивнула на галерею. На галерее стояли люди. Не много – двое, один, ещё один. Лена быстро огляделась по сторонам, обернулась назад. Они стояли – тени в сумерках – по всему периметру, молчали, но не равнодушно, а выжидающе. Настороженная тишина делала воздух густым – так небо прижимается к земле, сдавливает пространство перед грозой. Тётка тоже повела головой, медленно, со значением оглядела дом – этаж за этажом. Недовольно цокнула языком. — Что ж… – тихо сказала она. – Потом разберёмся. Заходите. На самый верх по лестнице с резными перилами, мимо ряда маленьких окошек, забранных решёткой из ромбиков, в узкую дверь, по тёмному гулкому коридору, снова ступенька – жалобный скрип под подошвой, земляной запах сырых овощей, поворот, чулан или кладовка с полками, хлам, пыль и ещё одна дверь. |