Онлайн книга «Улей»
|
* * * С каждым шагом Джастина в коридоре становилось все темнее. Он привалился к двери. Пол пружинил под ногами, как матрас. Ему казалось, что он чувствует, как порезы вскрываются при ходьбе, и перед его глазами нарисовалась жуткая картина. Он увидел, как имя Аманды, врезанное в его плоть, расходится настолько, что внутренности начинают проситься наружу. Увидел, как его кишки лезут из порезов, словно фарш из мясорубки. Во рту было дико сухо, а запах крови витал вокруг него, будто медное марево. Порез был настолько глубоким, что виднелась желтая полоска подкожного жира, хоть и не до кости. Сам по себе он не затянется – наверно, несколько швов решат проблему, – зато кровоточить порез перестал. Теперь из малиновой расселины в запястье сочилась прозрачная желтая сукровица, похоже, даже легонько пахшая чем-то вроде дезинфицирующего средства и медицинского кабинета в начальной школе. Не раз Джастину казалось, что он вот-вот рухнет, но сознание до сих пор оставалось ясным. Он совсем ослабел. Казалось, сильный сквозняк может повалить его, как кеглю. — Аманда, – пробормотал он, чувствуя горьковатый привкус этого имени на языке. – О милая моя Аманда… Он ровным счетом ничего не понимал. Почему она от них убежала? Разве она не видит, что они лишь пытаются ее защитить от опасностей этого злобного дома и окружающего мира? И вот теперь он мучительно бредет по пустынному дому в поисках женщины, которая лишь отвергнет его. Он понимал, что делить ее ни с кем нельзя. Об этом не может быть и речи. Каждый из них предъявил свои притязания на нее, но воистину достоин только он. В его власти отправить их души на небеса неразлучными во веки веков. Он тряхнул головой, пытаясь прояснить стремительно меркнущее зрение. Вообразил, как нетерпеливо ждет у алтаря, пока она медленно шагает по проходу с длинным шлейфом, прижимая к груди красивый букет. И, оглядывая воображаемую конгрегацию, заполнившую церковные скамьи, увидел мать и отца – разведенных, но воссоединившихся ради этого особого случая – тоже не сводящих глаз с Аманды и гордо улыбающихся, потому что он сделал такой превосходный выбор. Услышал голос отца, говорящий, что он попал в самую точку, что она ослепительная красавица. Потом мать говорит ему, какие красивые у них будут дети и какой замечательной матерью будет Аманда. Мысленным взором он увидел, как Аманда подходит к нему с улыбкой на губах, и сердце его сразу растаяло. Она откинула с лица вуаль и встретилась с ним взглядом темно-карих глаз. Ее полные губы ждут поцелуя, солнечный свет струится через витражные окна, и в этот момент свет – будто подарок Господа, направившего на них свой прожектор. Он возьмет ее за руку, и пока проповедник – или пастор, или дьякон, или как там они называются – будет вещать прихожанам, Джастин склонится к ней и скажет: «Ты даже представить себе не можешь, как ты меня сегодня осчастливила». А она захлопает ресницами и скажет: «Нет, это ты представить себе не можешь, как ты меня осчастливил, любимый». А потом они обменяются взглядами, сначала преисполненными любви и нежности, а затем перерастающими в обоюдное невысказанное вожделение. В тот же вечер, когда будет покончено с едой и танцами и когда он поведает семье и друзьям, как он счастлив обладать ею, он отведет ее в постель. Они нежно займутся любовью, и она обнаружит, что беременна, еще во время медового месяца, пока они будут в каком-нибудь экзотическом местечке с пляжем и закатами. |