Онлайн книга «Графиня Справедливая»
|
— В то воскресенье, заутреню стояли. — А не молились об избавлении от злого глаза? Звериного? — Н-нет… — А вы помолитесь, авось и сладится как-то дело, Божьим промыслом. Попрощалась Варя честь по чести, а дома села и задумалась. А потом и всех собрала. Всю «Белую стрелу». Понятно, зверя надо завалить. А как? Так, чтобы и рекламировать себя, и не засветиться? А то Струйский… что-то никто шум не поднимает. Поговорили. Подумали. Да и придумали. * * * А ровно через пять дней, вот совпадение-то, вот беда, полыхнул дом у Каменского, на Смоленском бульваре. Да так хорошо полыхнул… все выскочили, тушить пожар принялись. Шум, крики, суматоха. А потом – выстрел. Ровно один. Из арбалета. И болт белым покрашен. И лежит генерал-фельдмаршал, не дышит, не движется, только в груди белое оперение от ветра подрагивает. Конечно, забегали, зашумели, заволновались… да кого уж тут найдешь? Поздно. Следы и те простыли, был кто-то, да и ушел, все табачком засыпал, собаки по следу и не пошли. Императрица прогневалась, говорят. А еще по Москве слухи поползли, такие странные. Вроде как приговорили Каменского за то, что он над крепостными мудровал. Вот и поквитались с ним добрые люди. А еще – что с каждым так будет. Рано ли, поздно… будешь ты над людьми издеваться – прилетит Белая стрела, только тебя и видели. И концов не найдут. Правда ли, нет, а дворяне сильно призадумались. Каменского многие не любили за жестокость, вспыльчивость, за дурной нрав, но вдруг и их так вот можно? Найти бы негодяев, да где тут найдешь? Не то чтобы сразу крепостным легче стало, но баре хоть оглядываться начали, и то хорошо. А там, глядишь, и умнеть станут? Белая стрела – она хорошо учит. Один раз. * * * — Здравствуйте, ваше сиятельство. — Здравствуйте, Савва Титович. Что вас к нам привело? — Поговорить хотел, ваше сиятельство. — Сейчас чая прикажу, да и побеседуем. – Варя удобно расположилась в кресле. Савва Титович опустился в другое, повинуясь ее жесту. Неловко ему? А и ничего. Варя за него впряглась, хоть он того и не знает… потерпит! Чай принесли, баранки, мужчина глоток пригубил, да и бухнул: — Благодарствую, ваше сиятельство. — За чай? Чаек отменный. — Нет, ваше сиятельство. За другое… неважно это. И когда ваше предложение по фабрике в силе, я бы к вам работать пошел. За про́цент, конечно, не просто так. Варя даже сощурилась от удивления. — Зачем вам? Савва Титович? Живите да и жизни радуйтесь. Мужчина только головой качнул: — Нет. Я не только из благодарности, ваше сиятельство. Тут и расчет – далеко вы пойти можете с таким характером, и лучше уж при такой, как вы, держаться. Что-то кажется мне, вы к советам прислушаетесь? Варя кивнула. Умного человека она всегда послушает, платья шить – одно, а вот производство – совсем другое. — И… ежели вы так за людей своих стоите, рядом с вами безопасно будет. А у меня жена, дети… Каменского нет, да ведь не один он такой. Варя задумчиво кивнула. Да, это, наверное, то самое. Когда идут за человеком, способным защитить. Вписаться за своих. Вот как в «Крестном отце». Если читать внимательно, есть там и такое. Мафия. Семья за тебя, ты за семью. И своих в обиду не давать. А хороший принцип, нет? — Ежели сами того хотите – поработаем вместе, Савва Титович. Составим договор, пропишем все для верности – и в добрый путь. Мои люди меня могут Варварой Ивановной называть. И вам разрешаю. |