Онлайн книга «Графиня Суровая»
|
В гостиной трое человек застыли над кожаным футляром. Бриллианты завораживают. А уж когда их больше шестисот штук, когда они огранены и собраны в настоящее произведение искусства… Жанна даже прикоснуться пока не могла к ожерелью. Просто смотрела. Это – ЕЁ!!! Рядом так же застыли Николя и Рето. Пока они еще не могли осознать свалившуюся на них удачу. Пока еще их ослеплял блеск, и в этом блеске виднелись им дома и экипажи, кони и ставки, наряды и прекрасные женщины, которые так очаровательно благосклонны к богатым мужчинам! Их успех! Мечты оборвались самым печальным образом. — Mains en l'air! Тимофей эту фразу первым делом освоил, а то! «Руки вверх!» Акцент, конечно, у него был жестокий, но все трое замерли, как громом пораженные. И то! Стоит мужчина, в черной балаклаве (носки Варя не вязала принципиально), с отверстиями для глаз и рта, смотрит жестко и холодно. И пистолет у него в руке такой… убедительный. Или нет? Николя руки поднял сразу. А вот Рето оказался покрепче, схватил подсвечник… не рискнут они стрелять! Шум поднимут… Тимофей даже не сомневался. Выстрел грохнул. Рето упал как подкошенный. Тимофей целился в грудь и попал так удачно, что тут же и душа отлетела. Жанна упала в обморок. Игнат прошел внутрь и принялся без особых церемоний увязывать присутствующих. — Objets de valeur – dans les sacs! – отдал второй приказ Тимофей. Правильно, все ценное в мешки! Понятно, не нужны им те подсвечники-шкатулки, но так барыня распорядилась. Даже объяснила. И лишним не окажется, найдут, куда пристроить. И пусть думают, что это обычное ограбление. Потому и французские команды заучили. Варя скользнула в комнату. Над столом реял ореол радужных искр. По нему хотелось провести ладонью, такой он был плотный, ощутимый… — Б…!!! – выдохнула Варя. И тут же прикусила язык. Ладно, по одному слову страну не определят, да и говорила она негромко, не орала во все горло. Кстати! — Мон дье! Девилл! Пусть на англичан думают! Варя захлопнула футляр и без церемоний сунула его к себе под одежду. В пояс с карманами. Холодно, углы твердые, кожа жесткая… Ничего, потерпит. — Mon Dieu! Quelqu'un va me dire ce qui se passe?[43] Варя оглянулась. Пока убирала ожерелье, она отвернулась, чтобы не светить поясом, да и грудью, а вот сейчас… в дверях стоял мужчина лет сорока пяти – пятидесяти. Щекастый, с острым носом и внимательными глазами, в напудренном парике и неожиданно скромном одеянии. Бам… Даша, которая оказалась позади визитера, от души огрела его подсвечником. Она как раз спускалась со второго этажа, где хозяйственно высыпала себе в сумку драгоценности Жанны де Ламотт, а подсвечники… а что им – пропадать? Серебро же! Мужчина рухнул. Варя пожала плечами. Она даже не подозревала, что это был тот самый граф Калиостро. А и узнала бы – так что? Денег ему дать? Поделиться с Великим Коптом, или как он там себя представлял? Перебьется! Великий шарлатан и гипнотизер был так же крепко увязан, в рот ему засунули кляп и пинком откатили с прохода. Чего грех-то на душу брать? Варя так и не узнала, что этот грех тоже оказался на их совести. Так получилось, ручка у Даши действительно тяжелая, так что граф Калиостро промучился пару дней, не приходя в сознание, да и отдал Богу душу. И эликсир бессмертия не помог. |